Сцена повторилась, но теперь в исполнении Денгара. Пожилой охотник недоверчиво уставился на передатчик, как будто тот собрался его укусить, перевел взгляд на Ниелах.
– То есть это – тот малявка-сборщик, который когда-то был на побегушках у Куд'ара Муб'ата? А чего ради ему вздумалось стрелять в нас?
– Мне-то откуда знать? – огрызнулась девица. – Это же ты мне все рассказывал!
Что не значит, что мне все известно из первых рук! – парировал кореллианин, втискиваясь в рубку и принимаясь разглядывать чужой корабль. – Я лишь повторял байки, которые мне травил Фетт. Но эта лайба похожа на ту, которой принц Ксизор одарил счетовода, после того как поддержал его мятеж. Так что…
– Это Бланкавизо. Уймитесь оба. Кажется, Фетт все-таки потерял терпение.
– Наслушался его визга, где угодно распознаю, – охотник в мандалорском доспехе вновь нажал клавишу на панели передатчика. – С тебя объяснения, сборшик. Дела сейчас ведешь ты. Иных таких здесь больше нет. Так почему стреляешь в других, не зная, кто они?
– Вот именно! – влез Денгар, с раздраженным оскалом отколупывая со скулы чешуйки засохшей крови. – Даже охотники за головами так не поступают.
– Хорошо-хорошо! – скрипнул динамик. – Согласен, мне следует объясниться за непростительные в иных случаях действиях. И в моих же интересах не увиливать. УЖ лучше я буду в милости Бобы Фетта… насколько это вообще возможно. К тому же я глубоко огорчен, что отныне ославлен на всю Галактику. Мне ни к чему репутация, как вы там говорите?., сорвиголовы и безумного стрелка. УМОЛЯЮ вас, заклиная, давайте сядем и мирно поговорим. Но только не в эфире… это так-так безлично!
– Верно, – шепнул Денгар, обращаясь к Ниелах. – А в качестве дружеского теплого приветствия он угостил нас парочкой лазерных разрядов.
– И вы доставили бы мне ни с чем не сравнимое удовольствие, – продолжал верещать Бланкавизо, – если примете мое гостеприимное приглашение подняться ко мне на корабль. Вообще-то я тут единственное живое существо, я так одинок!
– Сейчас разрыдаюсь. Сам производи стыковку. Наш переходник пострадал из-за тебя.
– Подожди одну минуточку. А затем мы поговорим.
Боба Фетт разорвал связь.
– Готовимся к визиту, – распорядился он.
– Что? – Ниелах изумленно уставилась на него. – Ты что, доверяешь этому существу?
– Не больше, чем остальным. Ты не исключение. Последняя фраза застала девчонку врасплох. Уже не в первый раз Ниелах ощущала, как глаза, спрятанные за темным визором шлема, заглядывают без труда в самый потаенный уголок ее души. Девчонка спрашивала себя, умеет ли охотник читать мысли, знает ли он ее секреты, осведомлен ли о том, сколько она разузнала, пока напарники копались в паутине? От него не укрыться… никак…
– Еще не все ответы получены, – продолжал Боба Фетт. – Мертвецов можно оживить, невозможно узнать у них того, что им неизвестно. Куд'ара Муб'ата нет смысла расспрашивать. Его больше нет. Он умер до того, как в него выстрелили.
– То есть, по-твоему, его бывший нахлебник что-то знает? – Денгар с любопытством разглядывал медленно приближающийся фрахтовик. – То, чего не знал старый сборщик?
– Без важной причины Бланкавизо не сдвинется с места. Но он здесь. В этом секторе есть только прошлое. Гнездо Куд'ара Муб'ата… Или его останки.
– Не много же от него осталось, – ввернула Ниелах. К тому времени, как следом за охотниками Ниелах спустилась в трюм <Гончей>, фрахтовик уже произвел стыковку и выдвинул переходник. Девчонка обратила внимание, что Боба Фетт не взял оружия больше обычного. Но с другой стороны, рассудительно подумала Ниелах, и того, что при нем, более чем достаточно.
По контрасту с вонью трандошанского корабля на фрахтовке пахло чистотой, воздух был стерилен, пропущенный через мощные многоступенчатые фильтры. И здесь было гораздо просторнее. Выбравшись из переходника, Ниелах запрокинула голову и принялась разглядывать высокий потолок центрального отсека. Возможно, тут и были некогда перекрытия, но их давно снесли, так что получилось огромное помещение, оборудованное модифицированными пультами.
В этой пустоте маленькими казались даже опоры лазерных пушек, которыми Бланкавизо разжился определенно на военном складе Империи.
И сам хозяин корабля выглядел карликом. Малыш-сборщик суетливо бегал по затянутым паутиной балкам; многочисленные глазки его радостно блестели, а две передние конечности (те, что покрупнее) были приветственно воздеты к потолку.
– Как мне высказать радость от нашей встречи? Как счастлив я видеть у себя столь высоких гостей, о услада восьми моих очей!
Бланкавизо устроился на металлическом насесте напротив Бобы фетта, как раз на уровне головы охотника.
– Наконец-то! Как много времени утекло…
– Мало, – отрезал Фетт. – У меня хорошая память. Особенно на воров.
– Ой, да брось ты! Какие мелочи! – Бланкавизо беззаботно отмахнулся от комментариев. – Другое время, другая ситуация, мой милый. А учитывая ненадежность твоего нынешнего положения, не думал, что ты вправе вспоминать о том досадном случае.
Ниелах скосила глаза на охотника. Даже сквозь затемненный визор мандалорского шлема чувствовался яростный взгляд.
– К тому же ты привел с собой друзей! – Арахноид постучал лапками друг о друга – Так давай же не будем портить им веселья.