— Ты принесла мне счастье, Зарика.
Девушка улыбнулась.
— Хорошо, только отпусти мою руку, — попросила она.
Борца смешался.
— Извини, — пробормотал он. — Ты же знаешь, этой минуты я ждал всю жизнь. Сегодня машина синтеза впервые заработала… благодаря тебе.
— Что же все-таки произошло? — спросила Зарика, когда они поднялись наверх.
— Откровенно говоря, я пока ничего не понимаю, — развел Борца руками. — Все мои расчеты спутаны. Неужели поля можно вызывать не только индуцированием, но и простым напряжением мысли?! Нет, не верю.
В настроении Борцы произошла разительная перемена. Минуту назад он был счастлив, теперь рядом с Зарикой сидел разочарованный, какой-то растерянный человек.
— В машине синтеза бродят неизвестные мне силы, — сказал он. — Я собрал установку, которой не могу управлять. Джинн, который мне не подвластен.
— Но ведь модель «Альберта» возникла, как только я о ней подумала, — произнесла Зарика. — Значит, установлена новая закономерность.
— Не закономерность это, а простая случайность, — махнул рукой Борца.
— Случайность? — возмутилась Зарика. — Как только я подумала о корабле, он тут же…
— Совпадение, — перебил Борца. — И ничего тут странного пет. К «Альберту» ты, наверно, часто возвращаешься в мыслях. Разве не так?
Зарика кивнула.
— Ну, а что касается машины синтеза, то в ней, как я давно подозревал, время от времени возникают блуждающие поля, неподвластные мне. Они-то и вызвали перераспределение рабочего вещества в камере.
— Такое совпадение… — Зарика запнулась, подыскивая слово, — невероятно, — закончила она.
— Маловероятно, — поправил он, — так сказал бы Петр Брага, и это математически ближе к истине. Вероятность случайного совпадения есть, хотя она и чудовищно мала. Но если она не равна нулю, значит, событие может когда-нибудь произойти.
— Значит, по-твоему, и чайник на раскаленной плитке может замерзнуть?
— Может. Физики подсчитали и такую вероятность, — сказал Борца.
— А если права все же я? — упрямо сказала Зарика.
— В таком случае, мы должны воспроизвести опыт! — воскликнул Борца. Он вскочил и схватил Зарику за руку. — Пойдем к машине синтеза!..
…Увы, Борца оказался прав. Несмотря на все усилия, опыт повторить не удалось. Зарика добросовестно думала и о корабле, на котором вернулась на Землю, и о каплевидном автолете, и о простейших предметах, например о шаре, но зеленоватое вещество, наполняющее камеру синтеза, оставалось неподвижным.
Борца посмотрел на часы и ахнул.
— Последний наш свободный вечер убили! Прости, Зарика, — сказал он.
До отлета Зарики оставалось полтора часа.
— Ты хоть отдохнула немного? — спросил Борца.
— Конечно, милый. Вспомнила, как ходят на лыжах, которые я знала сто лет назад, видела плантации трабо. Что еще? Музей звездоплавания мы посмотрели, хотя жаль, что там нет пока «Альберта»… А главное — я везу на биостанцию этот трофей, — указала Зарика на пакет, в котором было несколько плодов трабо. — Недаром, видно, их так любит зверье.
Они помолчали.
— Послушай, Борца, а у тебя есть единомышленники? — неожиданно спросила Зарика.
— Единомышленники? — не понял Борца.