– Я открыл счет, потому что думал, что он понадобится, – сказал он. – Но мы не проводили операций, оплачиваемых комиссионными.
– А что же делали вы сами?
– Ничего, только получил несколько уведомлений и предложений.
– И вы можете показать нам их копии?
– Да, конечно, я постараюсь их найти.
Пауза.
– Значит, через ваш счет в Гонконге не проходило никаких денег?
– Нет. Кроме тех полутора миллионов, которые указаны в ваших бумагах. Их Марк перевел.
Нервничая все больше, Феррари рассказал историю о полутора миллионах. Создав «Дальневосточных специалистов», он сообщил Уайтекеру о том, что готов оказывать консультационные услуги. Уайтекер ответил, что примет это к сведению. При этом он упомянул, что и сам консультировал недавно компанию «Пасифик рим» и должен получить за это комиссионные.
– Вас не удивило, что, работая в АДМ, Уайтекер подрабатывает консультациями? – спросил Бассет.
– Да, я спросил его об этом. Он сказал, что у них это не только допускается, но даже принято и поощряется.
– А каков был размер комиссионных, которые он должен был получить?
– Он не говорил. Думаю, тысяч сорок-пятьдесят. Это по моим прикидкам.
Уайтекер, по словам Феррари, признался, что хотел бы получать комиссионные на заграничный счет, но не объяснил причин. Но у него не было счетов в иностранных банках, и он спросил Феррари, нет ли таких счетов у него.
– Я рассказал Уайтекеру о своем счете в Гонконге, – продолжал Феррари. – Он обрадовался, и я согласился на то, чтобы он получил свои комиссионные через мой банк.
– Он что, не мог открыть собственный счет? – спросил Д'Анжело.
– Он собирался в дальнейшем, но пока что предпочел использовать мой.
– И вы не возражали?
– Нет, конечно. Что тут такого? У меня был счет, а у него нет. Он мой друг.
Агенты стали расспрашивать о деньгах, но Феррари ничего не знал. Он не оформлял перевод и не знал, откуда он поступил. Уайтекер даже предлагал заплатить ему за помощь, но Феррари отказался.
– Недели через две из банка прислали уведомление, что на мой счет поступили полтора миллиона долларов. Тут я впервые и узнал об этой сумме. Просто не ожидал, что денег будет так много.
– И как вы к этому отнеслись?
– Я в тот же день позвонил Марку, – ответил Феррари возбужденно. – Я сказал ему: «Забирай свои деньги, быстро! Какого черта, что все это значит?» И говорю ему: не верю, что такой большой платеж связан с комиссионными. Он чего-то там начал объяснять, долго и сложно.
– И что он говорил?
– Уже не помню. Но он меня успокоил. И все равно я потребовал, чтобы он снял свои деньги. Марк попросил меня перевести не то сто шестьдесят, не то сто восемьдесят тысяч своему сотруднику из АДМ, Рейнхарту Рихтеру.
Феррари перевел деньги Рихтеру и запомнил, как это делается. Уайтекер сказал, что позже сообщит ему, куда перевести остаток. Месяца через два или два с половиной он попросил перевести их в банк на Каймановых островах. И Феррари добавил, что не оставил себе ни цента.
– А нам Уайтекер рассказывал совсем другую историю, – заметил Д'Анжело.
– Не знаю, какую историю вам рассказывал Уайтекер, а я рассказал, как все было.
– Уайтекер говорит, что вы помогали ему писать эти письма и инвойсы.
Феррари вытаращил глаза.