Жизнь, застигнутая врасплох (Сломанные побеги-2): читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Включай! — скомандовала Вера.

Они увидели рабочие кадры. Ассистенты прикрепляют микрофоны к костюмам гостей, дают советы. Лиля смеется, переводя русскому писателю шутки ведущего.

Метелкину тоже потребовалась переводчица.

— Мы очень рады видеть в нашей студии мадам Бертран, которая руководила каналом в течение года. Все мы се помним и любим, и желаем ей огромных успехов на новом поприще. Сейчас наша дорогая гостья продюсирует фильм по последнему роману Саши Фалька, который во Франции еще не издавался. Это так?

Красавица улыбнулась.

— Генеральным продюсером выступает нынешний руководитель вашего канала месье Филипп Луи Бердье. Я сопродюсер и представитель автора, доверившего нам права на свое произведение. Почему мы выбрали роман «Конец млечного пути», объясняется просто. В нем много интриг и загадочности. Автор посчитал нашу идею правильной. Сначала фильм, потом книга. В каждом варианте есть свои плюсы. Минусов мы не обнаружили. К тому

же у романа будет продолжение. Еще более интересное. Наш зритель ничего похожего давно не видел.

— Желаем вам удачи и с нетерпением ждем появления картины на экранах. Доволен ли автор успехом его книг во Франции?

После перевода писатель ответил:

— Речь идет о знаменитостях, которых я хорошо знал. В жизни мы не такие, какими видят нас на светских раутах. Не любим обнажать свое нутро, скрытые желания и недостатки. Я не позволил бы себе говорить правду о человеке и раскрывать его тайны, когда он стоит на пьедестале и при жизни превращается в легенду. После смерти знаменитости личная жизнь умирает вместе с ним. Остается лишь легенда. Легенда — святое. Ее я не касаюсь. А личная жизнь имеет право на огласку. Какая бы она ни была. Мы можем осуждать человека или восхищаться им, по сути, ничего не зная. Теперь мы о нем знаем все. Но талант остается талантом, а личность личностью. Мы имеем право знать о своих кумирах правду. Писатели — те же папарацци, только публикуются не в желтой прессе, и то, о чем они пишут, требует более пристального внимания. Вот в чем формула успеха.

— В России ваши книги столь же успешны?

— Не то слово. Многие знаменитости предлагают мне свои мемуары и дневники. Они хотят оставить после себя след не только в виде звездной пыли, но и выплеснуть наружу самое сокровенное. Свою душу. Приходится делать строгий отбор. Я один, а звезд полное небо. Какие-то истории захватывают меня целиком, другие оставляют равнодушным. Здесь нет компромиссов. Я думаю в первую очередь о читателе. Встаю на его место. Становлюсь первым и решаю судьбу будущей книги, исходя из судьбы героя. Сюжет обязан шокировать. Если этого нет, то и книга не нужна. Моя роль достаточно скромна. Я всего лишь пересказчик чужих судеб.

На экране шли титры на французском языке. В студии послышались аплодисменты. Метелкин нажал кнопку «стоп».

— Я все понял. Настоящий Слепцов им больше не нужен. Он помеха. В России за него пишут книги. Во Франции объявился живой Фальк. Задуманы грандиозные проекты. Он раскрутил маховик, который уже не остановить. Вывод простой. Слепцова надо убрать.

— Что значит убрать?

— Убить. По-тихому. А труп закопать в лесу.

— Почему же этого не сделали до сих пор?

— Везунчик. Выскользнул. Но охоту за ним не остановят, пока не доведут дело до конца.

— И что же делать?

— Возвращаться в Москву.

Вера молчала. Он глянул на девушку и увидел в глазах слезы.

— Ты поедешь в Марсель. Нам нужно знать, ушла ли яхта Бердье в море и кто на ее борту. Я знаю, ты справишься. С отчетом приедешь в Москву. Я буду тебя ждать. И если захочешь, то останешься со мной. Я выброшу свою раскладушку и куплю двуспальную кровать.

Девушка улыбнулась, обняла его и положила голову ему на плечо.

Кажется, они договорились.

К банку подъехала белая «Газель» без окон. Красные кресты замазаны белой краской.

Двери финансового учреждения открылись ровно в десять утра.

Слепцов и профессор вошли первыми.

Солидный полный мужчина ждал их возле служеб-

ного входа, куда посторонним вход строго запрещен.

Слепцов нес в руке солидный кейс. Они пересекли операционный зал и подошли к заветной двери.