Темная зона: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

– Давай, жми!

Автостоянка была уже рядом. Мысли вихрем носились в голове подростка. Этот чертов мобильник в машине или остался на кухонном столе? Он попытался вспомнить, но не смог. Перед глазами стояло все время одно – неопрятный сверток на конце лески его брата.

А чуть выше по реке, в затененной лесистой долине рядом с Миссисипи, лицом вниз лежал мужчина. Повернув голову вправо, он выплюнул изо рта целый комок песчаника пополам с кровью. Попробовал подтянуть колени – и не смог. Ноги были связаны вместе от колен до лодыжек. Другие веревочные петли стягивали его левую руку за спиной. Опираясь на свободную руку, мужчина приподнялся на несколько дюймов. И не смог удержаться: боль была слишком велика. Застонав, он снова рухнул лицом в грязь, издал последний вздох и умер с широко открытыми глазами, прикованными к кровоточащему обрубку на том месте, где была кисть правой руки.

Глава 2

Веревка свесилась между ними, качаясь прямо перед лицами. Она не была частью оснастки: на конце у нее болталась петля. Муж просунул в петлю голову.

– Помоги мне на этот раз, – сказал он.

Она протянула руку и затянула петлю. Веревка потащила его вверх, пока он дрыгал ногами и силился стянуть удавку с шеи. Потом он перестал биться, и она почувствовала облегчение. Не отрывая взгляда от плоских подошв его палубных шлепок, она следила, как он поднимался все выше и выше, пока совсем не исчез.

Она метнулась на корму, чтобы броситься за борт, но увидела, что вода уже стала другой. Голубизну окружала высокая трава, будто зеленые ресницы опушили глаз. Посреди глаза стояла одетая в длинное платье женщина с опущенными книзу ладонями. Она взметнула руками, изогнув ладони, как будто хотела дотянуться до лодки. Потом женщина обратилась в камень.

Бросаться за борт расхотелось: она боялась оказаться в одной воде с каменной статуей. Вместо этого обратила взор к небесам. Небо, до того безукоризненно чистое, теперь портили два круглых пятна света. Она погрозила кулаком лунам-близняшкам и прокричала три слова, странную фразу, которую никогда прежде не произносила: «Жизнь за жизнь!»

Бернадетт Сент-Клэр, вздрогнув, распрямилась: она закемарила, пристроившись передохнуть на диванчике. Взглянула на зажатый в ладони нож с торчавшим вперед лезвием, почувствовала, как что-то теплое стекает у нее по щекам, и испугалась, что порезалась во сне. Бросив нож, она осторожно коснулась лица обеими ладонями, внимательно осмотрела пальцы, влажные от слез.

– Распускаюсь, – буркнула она, отирая ладони о брюки и подобрав нож, которым вскрывала картонки, направилась через всю комнату к упакованной коробке. Опустившись возле нее на колени, Бернадетт просунула лезвие в щель под крышкой и прорезала кругом упаковочную ленту. В коробке в основном лежали всякие штуки в рамках. Она достала несколько прямоугольников и расставила их на полу возле себя. Благодарность. Благодарность. Парочка знаков отличия. Медали, врученные ей за годы службы собственным начальством и начальством начальства. И зачем она тратила время, упаковывая этот мусор? Письменные порицания и выговоры в рамки не вставляли, но именно на эти записи в ее личном деле боссы обращают внимание. Ухватив рукой край мусорного ведра, она притянула его к себе, собрала с пола льстивые свидетельства в рамках и бросила их в металлическое ведро. Раздавшийся грохот доставил удовольствие. Продолжая копаться в коробке, Бернадетт наткнулась на памятную эмблему, сделанную в форме значка. Большими буквами выгравировано: «ФБР».

– Форменная банда раздолбаев, – буркнула она, отправляя эмблему в мусорку.

Следом шли семейные фото. Она подняла необрамленную карточку: мама с папой, стоящие перед одним из коровников на ферме. Все давным-давно ушло – родители ее умерли, ферму продали, а на месте коровника теперь какой-нибудь дом расползшегося городка. Уголки снимка загнулись, на них полно дырочек от кнопок. На сколько же разных столов во скольких разных городах прикнопливала она эту карточку? Бернадетт бросила фото обратно в коробку и, пошуровав в ней, отыскала заключенный в рамку школьный портрет Мадонны, последний ее снимок, если не считать тех, что сделали полицейские и следователь, который вел дело. Она извлекла фотографию из коробки. Неужели и в самом деле прошло двадцать лет? Кончиками пальцев Бернадетт коснулась голубых глаз, смотревших прямо на нее. Выглядела бы ее сестра-близнец с возрастом не так, как она сама? Побила бы белокурые волосы Мадди седина? Наверное, нет. Они с Мадонной знали, что были однояйцевыми близнецами, хотя все вокруг утверждали, что такое невозможно, потому что у них разные глаза: у Бернадетт карие, по крайней мере до того, как случилась авария.

Положив фотографию на пол, она еще порылась в коробке и нашла свой любимый снимок восемь на десять, где ее муж был снят в редкий момент покоя, когда он не шел под парусом, не карабкался на скалу, а просто раскинулся на диване. Встав с пола, Бернадетт подошла к своему столу и призадумалась: а надо ли украшать его снимком? Может, будет лучше взять это фото домой? Люди в Конторе станут расспрашивать о муже, а ей не хотелось рассказывать эту историю новым коллегам.

Она обвела взглядом кабинет и положила снимок на стол. Кого, к черту, она обманывает? Какие коллеги? В кабинете, правда, имеются еще два стола, но ни один из них, похоже, не занят. На одном стоит пустой поддон для почты и монитор компьютера – экран аж почернел от пыли, а ящик под столом лишен признаков жизни. Другой стол завален папками, на которых уже выросла плесень. В них подшиты дела, наверное, еще времен Вундед-Ни.[2] Древний диван, на котором она прикорнула, возможно, реквизировали во времена Гувера.[3] На этот раз ее здорово упрятали, засадили в подвальный кабинет напротив электрощитовой и на одном уровне с подземной парковкой. Хотя этот размером побольше, чем предыдущий. Кто ниже в пищевой цепочке ФБР: опер с подвальным кабинетом в Сент-Поле или опер с чуланом на первом этаже в Шривпорте?

Услышав звонок, она стала искать телефон – он был в кармане куртки, наброшенной на спинку стула возле заваленного папками стола. Бернадетт быстро подошла и раскрыла мобильник:

– Да?

Звонил Тони Гарсиа, с недавних пор ее босс, заместитель начальника оперативной группы:

– У меня для вас хорошая новость.

– Что ж, послушаем.

– Пара ребятишек, братья Ванг, сегодня утром рыбачили и выудили нехорошую добычу – мясистую руку.

Бернадетт прижала телефон поплотнее к уху. Новость оказалась заманчивой – даже мурашки побежали по коже. Если мурашки – это для нее. Так быстро дела она не ожидала, и теперь ее изнеможение сменилось возбуждением.

– Место?

– Хидден-Фоллз. Южный вход. Знаете, где это?

– Я из Миннесоты, не забыли?

– Думал, что городов вы не знаете.

В его устах это прозвучало так, будто у нее к туфлям прилипли навозные комья.

– У меня в городах полно родни. – Бернадетт понимала, что это не имеет никакого значения, но все же спросила: – Какая рука?

– Правая. А что?

– Так просто, любопытствую. – Опершись на край стола, она вытащила свободной рукой из кобуры пистолет, проверила его. – А для нас что, есть какая-то разница?

[2] Вундед-Ни (Раненое Колено) – ручей на территории нынешнего штата Южная Дакота, где в 1890 г. произошло последнее сражение между индейцами племени сиу и армией США.

[3] Джон Эдгар Гувер (1895–1972) – с 1924 г. и до конца жизни бессменный директор ФБР, где начал службу в качестве рядового оперативника в 1917 г.