Я промолчал. Мы, конечно, не имели права исключать Люську, но и забывать её поведения не хотелось. У меня ещё Люська полного прощения не заслужила.
— Не забудь Поликарповых, — говорила мама. — Их тоже двое.
— Поликарпов Василий Иваныч — важнейшая для родительской звёздочки фигура, — кивал папа.
Составили текст:
Мама сказала:
— Саня разнесёт эти повестки, а вот к Юрию Петровичу мы зайдём всей семьёй. С Юрием Петровичем, надеюсь, нас познакомишь ты, Саня.
— С Юрия Петровича и начнём, — охотно согласился я.
Юрия Петровича дома не оказалось.
На улице уже сморкалось. Быстро приближался вечер. За высоким забором, на стройке зажглось несколько лампочек, они тускло осветили дорогу…
— Вдруг Юрий Петрович сейчас в «Лисичке»? — сказал папа, разглядывая свет в нижних окнах нового здания. — Схожу-ка я, погляжу, кто там?..
— А Саня тем временем разнесёт повестки, — сказала мама. — А я домой.
Так и решили.
Я быстро обошёл всех своих, распихал листки по почтовым ящикам и побежал домой. Честно сказать, я торопился. Хотелось узнать новости от папы.
К моему удивлению, папы дома не оказалось, он ещё не вернулся.
Мама накормила меня, потом Мотьку и Феньку. И всё время она останавливалась, прислушивалась к шуму на лестнице. Лифт ходил, но двери хлопали на нижних этажах. Мама явно беспокоилась.
— А не прогуляться ли нам до стройки? — наконец не выдержала ожидания мама. — Куда мог пропасть наш папа? Я начинаю волноваться…
— Давай сходим, — согласился я.
…В помещении «Лисички» горел свет. Мы с мамой поднялись на крыльцо и в широком окне вестибюля будущего садика, к полной своей неожиданности, увидели… Василия Иваныча Поликарпова, а с ним нашего папу.
Поликарпов-старший пилил доску, устроив её между двумя расставленными табуретками. Пила ровно входила в дерево, оставляя за собой тонкую полоску, будто бы по линейке. Левым коленом Поликарпов прижимал доску к табуреткам, другой её конец придерживал папа.
Потом папа приставил обрезанную часть доски к стенке, замерил, что-то отметил карандашом и снова понёс к Василию Иванычу.
Поликарпов-старший кивнул, соглашаясь с папой, и стал отпиливать неширокую полоску.
Ну и ловко же он работал! Не зря Федя говорил, что у его отца — золотые руки!
Вошёл Юрий Петрович, поднял доску на уровень глаз и будто бы прицелился из неё, как из ружья. Одобрительно кивнул и поставил в сторонку. Видимо, мужчины выполнили его задание на отлично. По крайней мере, Юрий Петрович показал им обоим большой палец.
Мама шёпотом окликнула меня:
— Пошли, Саня. Не будем мужчин отвлекать от дела. Пусть трудятся вместо, это так важно!..
Сегодня первым в расписании — урок музыки. Мы собрались у музыкального кабинета.
Вера Альбертовна ждала, когда мы выстроимся, чтобы ввести нас в класс.
Наконец все расселись, приняли «позу слушателя» — так Вера Альбертовна называет нашу музыкальную настроенность.
Всем положено сосредоточиться, но мне сосредоточиться не удаётся: новости меня просто распирают.