— Что это? — удивленно спросил Каннингфокс, бегло просмотрев бумаги. — Очередная шутка прессы?
— Нет, это реальность. Боюсь, мы немного отстали от жизни. Этим научным открытием доктора Джонсона, серьезного ученого, не бросающего слов на ветер, сейчас заняты умы многих людей. Эти бумаги я получил непосредственно из центра исследования психических процессов человека.
Каннингфокс нервно просмотрел документы вновь. Всю свою жизнь он с трудом привыкал ко всему новому и необычному.
— Ты предлагаешь нам воспользоваться этим открытием в отношении Джо?
— Все необходимо взвесить. Я думаю, тебе стоит просмотреть все это спокойнее.
— Может быть… — задумчиво ответил Каннингфокс. — Я еще раз просмотрю материалы и перезвоню тебе позже.
Положив трубку, Питер спокойно вздохнул — теперь ответственность за окончательное решение отец возьмет на себя. Все теперь будет так, как он скажет.
Каннингфокс же, в свою очередь, задумался. Он хорошо знал своих сыновей. Если от Кевина можно было ждать безрассудных поступков, то Питер обычно думал, прежде чем что-либо предложить, значит, идея, которую Питер предложил ему, была, с его точки зрения, серьезной. Документы, полученные им, также свидетельствовали об этом.
Каннингфокс оказался в крайне сложном положении. Просматривая бумаги, полученные от Питера вновь и вновь, он ловил себя на мысли о том, что понимал, что данное открытие, вероятно, даёт ему возможность в одночасье решить проблему, развивавшуюся годами. Он даже позволил себе допустить возможность определённого риска, но, как ему казалось, оправданного риска, решившись на который, он мог получить сверхожидаемые результаты…
Просидев над бумагами около двух часов, он решил лично связаться с доктором Джонсоном, для чего стал искать в справочнике информацию о центре, в котором проводились исследования. Он был чрезвычайно удивлен, обнаружив, что директором центра оказался Адам Кинг, его бывший одноклассник.
Через несколько секунд Кинг уже ответил на телефонный звонок Морриса Каннингфокса.
— Здравствуй, Адам, тебя беспокоит один твой старый знакомый Моррис Каннингфокс. Ты ещё помнишь Морриса Каннингфокса?
— Старого хитрого лиса, Морриса Каннингфокса?* — радостно воскликнул Кинг. — Конечно же, помню! Как твои дела?
— Спасибо, хорошо, — ответил Каннингфокс. — Надеюсь, что и у тебя всё отлично. Мне бы хотелось получить у тебя что-то вроде консультации.
— Да, я слушаю!
— Речь идёт об одном странном научном эксперименте, который, якобы, проводится в вашем институте. Что-то связанное с переносом интеллекта.
— Да, Джонсон ведет эту работу. А почему ты спрашиваешь? Разве ты испытываешь дефицит мозгов?
— Нет, — засмеялся Каннингфокс. — Интеллект нужен не мне. У нас возникли некоторые семейные проблемы. В общем, я * Каннингфокс — в пер. с англ. — "хитрый лис". хотел бы знать, действительно ли это серьёзный проект и не способен ли он повредить физическому или умственному состоянию человека?
— Лично я могу судить об этом постольку, поскольку сам был непосредственным участником эксперимента. Мне перенесли определённую информацию прямо из мозга доктора Джонсона.
— Неужели? — удивленно спросил Каннингфокс.
— Да, представь себе, это произошло со мной.
— И ты при этом не чувствовал ничего неприятного, неестественного?
— Абсолютно ничего, Моррис, — засмеялся Кинг. — И сейчас не чувствую. Знаешь, я всё ещё помню это стихотворение, что мне перенесли. Так что здесь, действительно, всё серьёзно… Но, ты ведь знаешь, риск остаётся в любом случае…
— Да, уж…
— У тебя случилось что-то серьёзное? — участливо спросил Кинг. — Быть может, я смогу тебе ещё как-то помочь?
— Нет-нет, Адам, спасибо! Не смею тебя больше отвлекать от дел. Спасибо за помощь!
— Не за что, Моррис, — ответил Кинг несколько растерянно. — Звони, если понадобится ещё что-нибудь! И заходи…
— Конечно! И ты звони!
После разговора с Кингом, Каннингфокс растерялся. Если сам Кинг принимал участие в эксперименте, значит, нельзя было сомневаться в нём. В изученных документах вся информация была логична и правдоподобна. Получив подтверждение от столь уважаемого им человека, он решил, что ему стоит воспользоваться этой возможностью. Подумав об этом, он набрал номер телефона Питера.
— Питер! — сказал он. — Мне удалось получить более убедительное доказательство серьёзности этого эксперимента.