Тролль: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Я оставляю дверь приоткрытой, бегу на кухню, открываю холодильник и вынимаю большой пакет сайры. Его принес Пентти. Замороженные рыбины стукаются друг о друга, словно поленья, я возвращаюсь к двери и сую пакет в руки Мигеля.

— Положи в микроволновку, — произношу я очень отчетливо. Эти слова я часто слышала и выговариваю их хорошо. Мигель разглядывает пакет, перекладывая его из одной руки в другую, ведь он такой холодный. Наконец он прижимает пакет к груди. С его губ срываются, мешаясь друг с другом, финские и английские слова благодарности. И вот он уже поднимается по лестнице — мужчина с ангельски прекрасным лицом и волосами цвета пшеничного поля. Я слышу, как этажом выше хлопает дверь.

АНГЕЛ

Придется ее как-нибудь отблагодарить, размышляю я, бросая остатки рыбы в микроволновку. Она, должно быть, с Филиппин, раз говорит немного по-английски и по-испански, но уж очень похожа на азиатку. Исполнилось ли ей уже шестнадцать? Она, должно быть, купленная невеста, приобретенная парнем с нижнего этажа на каком-нибудь брачном рынке.

И кошки у них нет. Лицо у меня горит. Я должен был догадаться, для чего покупаются красивые ярко-красные ремешки.

Я настраиваю микроволновку на размораживание и включаю ее. Когда раздается жужжание, уши тролля вздрагивают, хвост дергается, но поскольку ничего угрожающего не происходит, он снова успокаивается. По комнате распространяется запах рыбы, я вытаскиваю миску из микроволновки и пробую пальцем. По краям рыба побелела, внутри она еще ледяная, но большая часть разогрелась до комнатной температуры и стала похожа на серый студень. Я отрезаю оттаявшие кусочки, кладу их на бумагу и отношу в гостиную, на пол. Ноздри тролля вздрагивают, но запах рыбы не вызывает у него никакого интереса. Я беру кусок рыбы и присаживаюсь на краешек кровати. Тролль прищуривает свои выпуклые глаза и глядит на меня. Я подношу кусок к его ноздрям и ко рту. Он как бы нехотя принюхивается, потом снова закрывает глаза и почти человеческим движением отворачивается, подставив мне свою черную тощую спину. Я слышу, как в его животе раздается тихий-претихий звук — голодное урчание.

АНГЕЛ

Он глядит на меня, как щенок, но в его желто-красных глазах тлеет огонь.

Он спит, свернувшись клубочком. Я осторожно подхожу к кровати, затаив дыхание, сажусь рядом с ним на край постели и смотрю на его вздымающиеся худые черные ребра; у него беспомощный, но упрямый вид. Вдруг одна его лапка вытягивается. Длинные гибкие пальцы с ужасными когтями приближаются к моей руке, я чуть не отдергиваю ее, но все-таки сдерживаюсь, и его горячая узкая лапка на мгновение обхватывает мою руку. На глаза мне наворачиваются слезы.

Прошло уже три дня, а он ничего не ест.

АНГЕЛ

Доктор Спайдермен упоминал птичьи гнезда. Я дал троллю сырое яйцо, сначала разбитое — в миске, потом в скорлупе, но он не заинтересовался ни тем, ни другим. Я купил у Стокмана перепелиные яйца, он было взглянул на них — может быть, их цвет, крапинки и величина напомнили ему что-то знакомое, — но есть их не стал.

Я смотрю на кровать, на черное призрачное существо, которое одновременно и беспокойно, и утомлено, и, конечно, мучительно голодно. Я не могу выпустить его на улицу. Там его ожидают бездельники в обитых железом ботинках, которые получают удовольствие, обливая животных бензином, сбрасывая кошек с крыш многоэтажных домов и избивая людей. А если я кому-нибудь о нем расскажу, я наверняка его потеряю.

Запах можжевельника щекочет мне ноздри. Его сородичи бросили его. Он был для них лишней обузой, бременем. Они бросили худое, невесомое, гибкое существо, которое можно было бы увековечить в черном мраморе.

Я возвращаюсь на проклятую научную стезю, на электронную скоростную трассу. Асфальтированные дороги разбегаются во все стороны, но ни одна не ведет туда, куда требуется: в лес.

Я захожу на сайт «Калевала» и жду некоторое время, пока программа выбирает из текста упоминания троллей и злых духов. Они часто появляются в руне о катании Лемминкяйнена на лыжах. Он пытается поймать злого духа, а тот, убегая от него, опрокидывает котлы в лапландской деревне. Потом я открываю руну о поучении невесты. Здесь невеста жалуется на своего жениха и мне невольно приходит на ум филиппинская девушка с нижнего этажа.

Я рассчитывать могла бы на места получше этих, на подворья и пошире, на покои попросторней, на супруга и получше, на героя и покраше. Мне же увалень достался, навязался недотепа: статью ворону подобен, длинным носом схож с вороной, ртом своим похож на волка, на медведя — всем обличьем.[4]

Вот и все упоминания о злых духах. Я и не надеялся найти в «Калевале» совет по кормлению троллей, но четырехстопный хорей меня очень увлек. Еще о тролле поет Вяйнямейнен в сопровождении кантеле:

Не было такой зверюшки среди всех четвероногих, среди скачущих по лесу, чтобы слушать не явилась, не пришла дивиться чуду. Белки быстрые примчались, с ветки прыгая на ветку, горностаи прибежали, примостились на ограде. Лоси по борам скакали, в рощах радовались рыси. Волк проснулся на болоте, леший вылез из-за камня, встал медведь на боровике, вышел из берлоги хвойной, из елового жилища.[5]

Пожалуй, хватит с меня «Калевалы». Я нахожу сведения в разных других источниках: в биологии, мифологии, в сказках и легендах. Сотни, если не тысячи упоминаний. Но ничего конкретного. Искать надо где-то в другом месте.

Я уже несколько раз выходил из дому, а по возвращении каждый раз видел, что зверь лежит на кровати, не меняя позы. Видимо, у него нет сил даже приподнять голову.

АНГЕЛ

Откладываю детскую книжку в читальном зале библиотеки. Судя по иллюстрациям, Урье Кокко никогда не видел настоящего тролля даже на фотографии. Но это не удивительно. Передо мной на столе — стопка книг, раскрытых на слове ТРОЛЛЬ, и я уже знаю, что встречи с троллями случались крайне редко, а фотографии их делались еще реже, пока в 70-е годы в моду не вошли папарацци, скрытые камеры и неделями подкарауливающие свою жертву фотографы. На троллей в прежние времена не охотились, поскольку их мясо несъедобно и отвратительно пахнет. Шкуру тролля можно было продать, в осенние периоды русские пытались ставить на этого зверя капканы, но выгоды не получали. Тролли попадались в капкан очень редко, а охотиться на них с ружьями было почти невозможно, поскольку они передвигались только по ночам и притом с удивительной скоростью. Для охоты на них пытались использовать собак, но результаты были неутешительны: преследователи либо сбивались с пути, либо попадались в лапы к троллям, которые раздирали собак на части со страстностью камикадзе. Сравнимая по темпераменту с бультерьером, облагороженная в России гончая, которую натаскивали на троллей, — это разновидность карельской медвежьей собаки, имеющая, по слухам, примесь волчьей крови. Говорят, что настоящее название этой собаки — ладожская мстительница, прости господи. Для охоты ее уже очень давно не используют.

Искать тролля в зимней пещере, чтобы обложить, как медведя, тоже было бессмысленно, потому что тролль выбирает для зимовки неприступные скалы, в которых трудно обнаружить хотя бы щель, через которую проходит воздух. Кроме всего прочего, охота на троллей только провоцировала их к тому, что они начинали соперничать с людьми, пытаясь утвердить собственную власть в охотничьих угодьях. В зимнее время они совсем выбывали из игры, а летом больше интересовались леммингами, чем оленями. В течение нескольких лет за убийство тролля выплачивалась премия, поскольку лопари плакались, что росомахи и стаало бесчинствуют в оленьих стадах, принося больше убытков, чем налоговая инспекция. Но потом в дело вмешались защитники природы и прав животных.

Я все глубже погружаюсь в научные исследования. Некоторые ганзейские купцы торговали шкурой троллей — таким же редким, дорогим и мифическим предметом, как мумифицированные русалки и единороги. В самом начале XX века русским удалось поймать в капкан нескольких троллей. Содранная с большого зверя абсолютно черная шкура выглядела замечательно. На дачах некоторых членов Политбюро стену гостиной украшала шкура с головой тролля.

Перечитываю описание троллей у Кокко. Если не брать во внимание пропорции, неточностей не так уж и много. Правда, шерсть не коричневая, она, в сущности, совсем черная, на ушах кисточек нет, а «веселый хвостик» (ох, как все преуменьшено) — просто змея с кисточкой, которая то взмывает, как плетка, то дрожит, как антенна. Нос кажется крупным, наверное, только тогда, когда лицо звереет и превращается в морду; рот вообще не слишком велик. Когда он «растягивается в радостной улыбке», действительно обнажаются ряды снежно-белых зубов, но при всей своей красоте они острые, как зубья пилы, а клыки подобны турецким кинжалам. Руки — передние лапы — и ноги и в самом деле велики несоразмерно туловищу, они напоминают лапы рыси. Шерсть кажется спутанной, а с макушки спадает не прядь, а громадная черная грива, глядя на которую можно подумать, что в лесу живет тот самый стилист, который создал имидж Тины Тернер.

Я продолжаю листать книжку «Песси и Иллю». Животные и растения мирно беседуют друг с другом, потом появляется приторное изображение маленькой девочки с большими голубыми, удивительно яркими глазами и светлыми вьющимися волосами, которые напоминают белое облако в погожий день. Эльф.

Тролль и эльф представляются друг другу, это Песси и Иллю, как нетрудно было догадаться по названию книги. Один из них пессимист, другой живет в стране иллюзий. Имена обоих сокращены, оба малы ростом, поэтому Иллю объясняет, что они товарищи по судьбе.

Я закрываю книгу. В голове у меня целый рой мыслей.

Кто он для меня?

[4] Пер. с финского Э. Киуру и А. Мишина.

[5] Пер. с финского Э. Киуру и А. Мишина.