— Ох, — задохнулся Седрик, — ох и крепкая.
Селвин с томатными «усами» произнес:
— А бедя родили бежду дочью и ддёб. Бедя родили со штукой вкруголовы.
— Ладненько, — ответил Тед, — уже слыхали об том.
Он безмятежно допил свой коктейль и заметил:
— Томатный сок чуток горчит. Перестоял малость в банке.
Селвин очень сильно пхнул меня локтем.
— Я родился, и у бедя вкруголовы была штуковида дадетая.
— Ага, — сказал я, — сорочка.
Я осушил бокал. В самом деле, это было весьма недурно, что бы это ни было.
— Оди говорят бде — образида, — громко сказал Селвин. — А у бедя вкруголовы была штуковида, и боя бать продала ее за шесть с половидой педсов.
Он выпил еще без дальнейших комментариев, а потом прибавил:
— Я богу видеть, что другииие ди бооогут! Я видел бужика без оловы — од прошел сквозь стеду среди бела ддя на Паркидсод-стрит, — он обратился к Сесилу, — ага, Сесил? Это быо деделю до того, как Картер получил докдад.
Сесил прихлебывал «Кровавую Мэри» мелкими глоточками — так мучимый жаждой человек прихлебывает горячий чай. У Седрика видок был не из лучших.
— Мне бы стакан воды, — сказал он, — если можно. Чудное питье, как бы вы его там ни называли.
— А еще, — не унимался Селвин, — я богу видеть штуки у людей вкруголовы. Зеледая — у Сесила, сидяя — у Теда, у Седрика — дикакой дет, и типа грязно-розовая — у тебя, бистер.
— Наверное, где-то тут есть прачечная, в которой отстирывают ауры, — сказал я, — надо бы мне и мою туда отправить.
— Попробуем-ка ее саму по себе, — сказал Тед, — томатный сочок малость подгулял.
— Аура божет спортиться, — снова пихнулся Селвин, — типа штуковида вкруголовы.
Седрик глотнул было воды, но тут же сплюнул.
— Чем бы оно ни было, это пойло воды не любит. Пойду-ка я лучше во двор, — сказал Седрик, — я ел яичницу сегодня в полдник, и миссис сказала, что ей не понравились яйца, когда она их разбивала, и… О черт, — он с ужасом поглядел на мой левый манжет, будто увидел прямо на нем ту злосчастную яичницу, и пулей вылетел за дверь.
Тед осклабился, продемонстрировав множество плохих зубов.
— Это только нам с вами по плечу, голубчик, — сказал он. — Остальные еще не готовы. Будемте!
Бокал его опустел, мой тоже. Напиток в самом деле был хорош. Я его распробовал.
— Это, — сказал Тед, — будет стоить шесть бобов, голубчик.
Я нарыл в кармане кучку серебра.
— А этим джентльменам?
— Я богу еще выпить, — сказал Селвин и подтолкнул свой заляпанный красным бокал.
— Девять бобчиков.
Последняя капля укатилась в глотку Сесила, словно в водосточную трубу. Он медленно опустил стакан со словами: