Она смущенно, как бы ища поддержки, повернулась к окружающим ее людям. Когда никто не попытался ответить на мой вопрос вместо нее, она снова взглянула на меня. Ее губы приоткрылись и задрожали.
— Они говорят, что я — то, что позволяет им всем продолжать любить.
— Как это? — спросил я.
Кто-то позади нее спросил:
— Он действительно не знает?
С другой стороны раздался еще голос:
— Не знает о поддержке и необходимости смешивания?
Голубка приложила пальчик к губам, и они замолчали.
— Я сама расскажу ему. Чудик — кажется, так тебя зовут?
— Паук сказал мне, чтобы я поговорил с тобой, — я хотел закрепиться в ее мире информационными крючками.
— Ты хочешь, чтобы все было просто. — Она иронически усмехнулась. — Паук. Великий Бог Ло Паук? Предатель, лжедруг, один из тех, кто уже подписал смертный приговор Зеленоглазому. Не интересуйся теперь судьбой этого обреченного человека. Занимайся своими делами, Чудик. Что ты хочешь знать?
— Смертный приговор?..
Она прикоснулась к моей щеке.
— Будь эгоистом. Что тебе нужно?
— Челку! — я вскочил со стула.
Голубка продолжала сидеть.
— Теперь я задам тебе вопрос, не ответив на твой. Кто такая Челка?
— Она была... — я запнулся, — она была прекрасна, как ты.
Она опустила голову. Светлые, светлые глаза потемнели, и она их тоже опустила.
— Да, — это слово она не сказала, а выдохнула. Ответ я скорее увидел, чем услышал. И постепенно вопросительное выражение на ее лице сменила ирония.
— Я... — неправильное слово. — Она...
Невидимый кулак забарабанил по моим ребрам. Остановился, раскрылся, «рука» дотянулась до моей головы и процарапала лицо под кожей. Лоб и щеки горели как от огня. Глаза жгло.
Голубка перевела дыхание.
— Понимаю.
— Да нет, ты не... — вырвалось у меня. — Ты не понимаешь.
На нас снова смотрели. Она тоже осмотрелась и прикусила губу:
— Ты и я... не совсем похожи.
— Что?.. О. Но — Голубка...
— Да, Чудик?
— Где я? Я пришел из деревни, из диких пустынь, через драконов, через цветы. Я бросил звание Ло, ищу свою погибшую девушку и охочусь на голого ковбоя. И где-то грязный принц идет к... смерти, пока я болтаюсь здесь. Где я, Голубка?