В углу комнаты, в полумраке, виднелась застывшая, немая фигура; человек стоял неподвижно как статуя, и, по-видимому, ждал распоряжения, готовый тотчас исполнить его.
У королевы вырвался нетерпеливый жест.
— Но ведь существует же этот потайной ход! — воскликнула она. — Я в этом уверена, хотя им давно уже не пользуются.
— И вы, ваше величество, считаете, что вам этот ход нужен?
— Необходим! — отвечала королева. — Предание говорит, что он ведет к военной гавани, и только так можно будет незаметно перенести на английские корабли наши драгоценности, золото, произведения искусства, которые мы хотим взять с собою. Если народ догадается о нашем отъезде и увидит, что на борт «Авангарда» переносят хоть один сундук, все поймут, что происходит, и поднимется бунт, — тогда уже не уехать. Значит, ход надо найти во что бы то ни стало.
И королева, вооружившись лупой, снова принялась упорно искать карандашные пометки, которые должны были обозначить подземный ход — средоточие всех ее надежд.
Актон поднял голову, поискав глазами тень, о которой мы упомянули, и, найдя, позвал:
— Дик!
Молодой человек вздрогнул, словно не ожидал, что о нем вспомнят: казалось, мысль, верховная владычица тела, унесла его за тысячу льё от места, где он физически находился.
— Что прикажете, монсиньор?
— Вы знаете, о чем идет речь, Дик?
— Никак нет, монсиньор.
— Между тем вы здесь, сударь, находитесь уже около часа, — несколько нетерпеливо заметила королева.
— Это правда, ваше величество.
— Значит, вы должны были слышать, о чем мы говорим, и знать, что мы ищем.
— Монсиньор не предупредил меня, государыня, что мне дозволяется слушать. Потому я ничего не слышал.
— Сэр Джон, — не вполне уверенно сказала королева, — по-видимому, вы располагаете редкостным слугой.
— Потому я и говорил вашему величеству, что весьма дорожу им.
Затем он обратился к своему секретарю, который, как мы уже видели, столь умно и последовательно исполнял приказания хозяина в ночь, когда Феррари упал с лошади и потерял сознание.
— Подойдите, Дик, — сказал он.
— Я здесь, монсиньор, — ответил молодой человек, приблизившись.
— Ведь вы, кажется, в некоторой степени архитектор?
— Да, я два года изучал архитектуру.
— В таком случае посмотрите, сюда. Быть может, вам удастся найти то, чего мы никак не можем отыскать. Здесь в подвалах должно быть подземелье с потайным ходом, который ведет из дворца к военной гавани.
Актон отошел от стола и уступил место секретарю. Тот склонился над планом, но тотчас же выпрямился.
— Мне кажется, искать бесполезно, — сказал он.
— Почему же?
— Если архитектор устроил в подвале потайной ход, то никак не стал бы обозначать его на плане.
— Но почему же? — по обыкновению, раздраженно спросила королева.
— Потому, государыня, что, если ход обозначен на плане, он тем самым перестает быть потайным, поскольку он известен всем, кому доступен план. Королева рассмеялась.