Костя крепко прижал Веру к себе и, не сказав больше ни слова, выбежал из избы.
Вера подошла к окну. В темноте она не увидела Костю.
«Что со мной? – тревожно подумала она. – Неужели это любовь?»
На крыльце, а потом в сенях прогромыхали сапоги, дверь распахнулась, и на пороге появилась Тамара.
– Верушка! Душа моя!.. – Она схватила Веру в охапку и закружила ее по комнате.
Отпустив Веру, швырнула шинель и шлем на кровать, зажгла керосиновую лампу.
– Ну, рассказывай! – усадила она подругу на скамейку около печи.
Вера рассказала о госпитале, о том, что получила от отца письмо…
– Завтра хочу попросить Кулешова подбросить меня попутным самолетом к отцу… Вот будет радость, Тамарка!..
Вскоре явились Нюра и Гаша. После шумных приветствий, объятий и поцелуев Вере пришлось начинать свой рассказ сначала. И уже только тогда девушки выложили ей все новости и происшествия, которые случились в ее отсутствие.
Щебетанию и рассказам девушек, вероятно, не было бы конца, если бы под окном не послышался веселый гомон мужских голосов.
Нюра удивленно приподняла брови:
– Что это они в наш девичий край забрели?
– Наверно, Верушку приветствовать идут, – улыбнулась Тамара.
Летчики явились во главе с комиссаром Рыжовым. Среди них был и Костя. Переступив порог, Рыжов приложил руку к шлему:
– Веру Железнову поздравляем с выздоровлением!
Так же откозырял у порога и дружок Кости – Владлен Брынзов.
– Пламенный привет от всего летного состава! – он протянул Вере свою широченную пятерню. – Ну, покажись, как ты выглядишь?
Вслед за Брынзовым все летчики по очереди стали трясти Верину руку.
Выздоровление Веры отпраздновали по-настоящему. Много пели и танцевали, рассказывали всякие забавные истории. Все веселились от души. Только Костя был по-непривычному хмур.
– Что, детинушка, невесел, что ты голову повесил? – подошел к нему Брынзов.
Костя встряхнул вихрастой головой и невесело улыбнулся:
– Грустно с вами расставаться!..
– Смотрите-ка! – иронически заметил Брынзов. – Ему все завидуют, что учиться едет, а он перед самой землей в «штопор» вошел.
В полночь в избу пришел дежурный. Он предложил всем «отойти ко сну». На рассвете предстояли вылеты.
Надев пальто, Рыжов подошел к Вере:
– Завтра на самолете пошлем за твоим орденом, послезавтра утром вручим… Ну, спокойной ночи!
– Дорогие подруги, проводили бы вы нас! – попросил Брынзов.
– Идемте, девчата, проводим, – поддержала его Вера.
На улице было тихо, казалось, на передовой тоже «отошли ко сну». Под ногами хрустели подмерзшие лужи. По звездному небу шарили лучи прожекторов, ища самолет врага, гудение которого доносилось с вышины.