Бойцы заулыбались, дружно стали сворачивать самокрутки.
Когда Яков Иванович, Белкин и Сквозной вышли, солдаты начали обмениваться впечатлениями.
– Вот это комдив!.. Не побоялся к нам приползти!.. – подмигнул волжанин. – Слыхали, как он там внизу комбата и комроты пробирал за то, что нет этого, как его, забора…
– Бруствера, – поправил Кочетов. – А табачку, надо думать, он пришлет.
– Раз сказал, значит, пришлет, – вставил Федот Федотыч. – Командиру слово зря бросать нельзя!..
Оставшись с Белкиным наедине, Железнов дал волю своему гневу:
– Знаете, майор, – сказал он, – если бы здесь сейчас был Карпов, он бы, наверное, вас поколотил!.. Солдаты благодаря вам на брюхе ползают! Вот перевести бы вас в рядовые да отправить к такому командиру, как вы, чтобы заставил вас по снегу ползать, узнали бы, что солдаты о таком начальнике думают!.. За такое разгильдяйство – в партийную комиссию!.. – Железнов накалялся все сильнее. – А где же ваш комиссар? Небось за победу агитирует? Победа голой агитацией не дается. Надо заботиться больше о тех, кто эту победу завоевывает!.. Скажите ему, чтобы позвонил мне или Хватову. Мы с ним «инструктаж» проведем!..
Польщиков подвез Якова Ивановича на машине почти к самой его землянке. Навстречу вышел ординарец Никитушкин, от него приятно пахло перцем и жареным луком.
– Разрешите, товарищ комдив, сразу обед подавать?
– Давай! – Железнов на ходу распахнул полушубок и, войдя в землянку, растер замерзшее лицо и стал раздеваться. – Вызови Фому Сергеевича к телефону, – сказал он Короткову.
Никитушкин торопливо накрыл на стол, принес котелки и поставил на печку.
Яков Иванович взял телефонную трубку.
– Фома Сергеевич? Обедал?.. Нет? Приходи сейчас ко мне… Пообедаем вместе… Кто у тебя, говоришь?.. Валентинова? Забирай и ее. – Он положил трубку и хлопнул в ладоши: – Никитушкин! На троих.
Вскоре в землянке появились Валентинова и Хватов.
– Ирина Сергеевна, будьте хозяйкой, командуйте! – Железнов отошел от рукомойника, вытер лицо, руки и, размашисто хлопнув полотенцем о стенку, повесил его на гвоздь. – Снаряды все вывезли?
– Почти все. – Валентинова стала расстегивать пояс на шинели. – Еще машины на три осталось.
– Что вы такая хмурая? Что-нибудь случилось? – Яков Иванович помог ей снять шинель.
Хватов обменялся с Валентиновой взглядом. Яков Иванович это заметил:
– Не бойтесь его, говорите смелее… Чепе какое-нибудь? – Она покачала головой и покосилась на Хватова. – Ну говорите же! – Железнов переводил тревожный взгляд с одного на другую.
– Из медсанбата… – начала Валентинова.
– Ирина Сергеевна, ведь это можно и после, – перебил ее Хватов.
– Что из медсанбата? – Железнов подошел к Валентиновой вплотную.
– Убежал майор Карпов…
– Куда убежал? И почему мне не докладывают? – Яков Иванович схватил телефонную трубку.
– Говорят, в полк…
– Он совсем с ума сошел?! – Железнов крутнул ручку полевого телефона. – Белкина! – крикнул он в трубку. – Майор Карпов у вас?.. А где же он? Плохо, что не знаете!.. Быстро разузнайте и позвоните мне! – Он положил трубку. – Нет, теперь конец!.. Свяжу и отправлю в госпиталь. Шальной человек!.. А в медсанбате, видно, ворон считают? Что им караул ставить, что ли, двери на замок запирать?.. Вот до чего дожили!.. Раненого офицера проглядели!..
Ирина Сергеевна уже сама не рада была, что завела об этом разговор. Стараясь как-нибудь отвлечь Якова Ивановича, пригласила всех к столу, начала разливать борщ по тарелкам.
– Таких раненых, как Карпов, надо не в медсанбате оставлять, а отправлять прямо в госпиталь, да подальше, куда-нибудь в Среднюю Азию, – никак не мог успокоиться Железнов. – А причина всему этому… – он пристально посмотрел на Ирину Сергеевну.
– Зря вы на меня так смотрите! – вспыхнула она. – Я тут ни при чем…
– Не вы, а Белкин!.. Судя по всему, Карпов узнал о тех безобразиях, которые я сегодня обнаружил в его полку. Вот и сбежал туда!..