Страсти по Анне: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Как ты стал говорить! Немедленно выкини эти слова, — приказала я. — Распустился! Так что там за Мурзик?

— Однокашник наш, подлец, предатель и доносчик. Болтает много, наговаривает!

— Что такое «темная»?

— Анна, — сказал Николка, — может, зайдем в кондитерскую?

Стемнело как-то неожиданно быстро. Зажглись фонари и витрины магазинов, настроение было прекрасное. Нет ничего лучше зимнего вечера на улице, когда ты идешь с милым Николкой, когда вокруг спешат люди: студенты, семинаристы, белошвейки… А нам и не надо вовсе никуда спешить. Снег пошел крупными теплыми хлопьями. Мы шли, а снег, белый, новый, прилипал к ботинкам, налипал на подол темного платья.

В кондитерской приятно пахло ванильными палочками, свежим хлебом, чем-то невероятно праздничным. И праздник длился, пока мы через полчаса с тортом в руках не вошли домой. Навстречу выпорхнула Таня, моя горничная. Она сделала большие глаза и прошептала мне, принимая от нас верхнюю одежду:

— Александр Михайлович в раздражении. Куда, говорят, Анна Николаевна исчезли? Я же и знать не могу!

Таня, добрая моя девочка! Она являлась не только горничной, она, и только она, могла легко уложить мои непокорные волосы, пригнать по фигуре платье лучите любой портнихи и утешить, если надо. Мы росли в доме моих родителей вместе. Ее мать работала на кухне, Таня девочкой была смышленой, и маман не видела ничего дурного в том, чтобы мы немного общались. Так из Тани выросла чудесная девушка, образцовая горничная. Выходя замуж, одним из условий согласия на брак я поставила переезд Тани вместе со мною. И так как ее родителей к тому времени не было в живых, она согласилась поехать со мною. Первое время она была единственным близким мне человеком, и я привязалась к ней еще больше. Помимо всего прочего, Таня молилась за меня каким-то особенным способом, и мое ходатайство у Бога я доверила именно ей.

— Рада вас видеть, — улыбнулась она Николке.

— И я, Таня! — И он не лгал, зная, как она помогает мне.

— Возьми торт, отнеси в столовую, — сказал он. Приняв от Николки нарядную коробку с тортом, Таня ушла.

— Наконец! — вышел к нам из кабинета мой муж, Александр Михайлович Зимовин. — Анна, — строго повернулся он ко мне, — не будете ли вы столь любезны сказать, почему вы опоздали к ужину?

— Разве? — удивилась я, оглянулась на часы и вынуждена была признать, что Александр прав.

— Я дожидалась Николку, — попыталась солгать я.

— Кучер сказал, что вы отпустили его, когда Николай вышел. Извольте пояснить!

— Мы гуляли, — развела руками я.

— Здравствуйте, Николай, — слегка поклонился Александр Николке.

— Честь имею! — взволнованно и поэтому слишком громко, с хрипотцой в голосе, отозвался тот.

— Каков! Проходите, пожалуйста. Сделайте милость!

Настроение мое заметно ухудшилось. У Александра была болезненная черта — педантичность. Я же не могла жить по постоянному расписанию, ходить по регламенту и даже чихать в отведенное для того время. Впрочем, чихание Александр принимал за признак дурного тона, а никак не простуды!

Для меня навсегда останется загадкой, почему моя матушка выбрала именно его себе в зятья из полутора десятка претендентов на мою руку. И сердце?! Да, Александр Михайлович был дворянин, образованный и неглупый, занимал должность товарища прокурора. Часто он бывал в столице по долгу службы, но не переехал туда, даже женившись на мне. Он не был военным, что, по мнению моей матушки, тоже было достоинством. Он имел хороший доход и был не самым старым из всех женихов.

И вот мне двадцать, ему — тридцать два, мы венчались три года назад, вместе ездим на приемы и балы; но никакая сила не может меня заставить полюбить этого человека. Я не обязана его любить, знать о его привычках и достоинствах, если он сам не удосужился о них мне рассказать!

Я видела смущение брата: Александр Михайлович отчитал меня в его, Николкином, присутствии.

Я сердилась за неловкость, которую ощущает брат, и настроение праздника ушло.

— Может, стоит выпить шампанского? — попыталась я снять напряжение в столовой, когда мы дожидались ужина.

— Разве сегодня государственный или религиозный праздник? — поднял на меня глаза Александр Михайлович.

— Но… — я осеклась и замолчала.

— Николай, — повернулся к нему Александр Михайлович, — как вам идея с шампанским?

— Благодарю, не сейчас, — ответил быстро Ни-колка, не желая поддерживать неприятную тему.

Разговор шел вяло, неохотно, тем для общей беседы не было, ужин казался невкусным. Александр Михайлович первым поднялся из-за стола.