– Ты чего делаешь? – смеюсь я. – Дождя нет. Обиженная, она опускает лапу.
– Со своими приятелями он встречался в «Баре Друзей»?
– Да.
Ай! Вот этого я и боялся. В данный момент господа блатные уже в курсе циркового представления, которое мы там устроили. В среде урок началось большое волнение. Спасайся кто может! Простившись со своими шлюшками и погладив напоследок их упругие груди, они ложатся на дно.
Даже если я сумею схватить дружков Турка, вовсе не обязательно, что они были его сообщниками.
Мне в голову приходит одна идея. И очень даже неплохая...
Я высовываюсь из окна. Ларут фотографирует мертвеца. Я его окликаю:
– Не уходите, не поговорив со мной, Ларут. Это крайне важно.
Затем я вызываю конвой Мари-Жанны и отдаю распоряжение:
– Слушайте внимательно, ребята. Сейчас два часа пополудни. Вы продержите эту девицу до восьми часов, потом привезете ее на машине на улицу Милан и высадите в пятидесяти метрах от гостиницы «Серебряный берег». Понятно?
– Понятно, патрон.
Я обращаюсь к скромной труженице панели:
– Вернешься в гостиницу, как обычно, и поднимешься прямиком в свой номер, ясно? Она утвердительно кивает.
– Не говори ни слова, кроме «здрасте» хозяину гостиницы или горничной. Ни слова о том, что с тобой приключилось, ты меня понимаешь? Будь внимательна, даже стены имеют уши... Если не сделаешь все точно так, как я говорю, пеняй на себя.
Она подтверждает свое полное согласие с моими словами.
– А когда я приду в номер? – спрашивает она.
Я улыбаюсь.
– Не ломай себе голову. Продолжения программы не знаю даже я сам. Это будет сюрприз... Я отвожу обоих агентов в сторону.
– Падовани только что покончил с собой, выбросившись из этого окна, – сообщаю я им тихим голосом.
– Мы знаем, – отвечают они.
Их скромность заслуживает всяческих похвал.
– Браво, мальчики! Раскладушке ни слова... Она не должна знать, что случилось, иначе весь мой план рухнет.
– Не беспокойтесь, патрон... Мы составим ей компанию до восьми вечера.
– Покормите ее, это ее как-то займет...
В эту секунду в мой кабинет врывается Ларут.
– Вот это да! – орет он. – Новость так новость!
Я подскакиваю к нему и, прижав палец к губам, даю понять, чтобы он замолчал.
Он закрывает рот, потом смотрит на Мари-Жанну.
– Кто эта особа?
– Наступит день, и я вам скажу. Может быть, – отвечаю я, стараясь говорить как можно более веселым тоном. Конвоиры уводят киску. Ларут и я остаемся вдвоем. Я вытираю лоб рукавом.