— Да, я поведу сама, — твердо ответила Ларк.
— Лучше мы отвезем тебя.
— Нет, я поеду одна.
— Ну хорошо, как знаешь.
“Такой ответ дался им непросто”, — поняла она.
— Не волнуйтесь за меня.
— Мы не будем.
“Они будут волноваться, — подумала она, — пока я не вернусь. Только тогда они сочтут, что я в полной безопасности”.
Натан перевернулся в постели. Часы показывали 9. 00. Проклятье, он снова проспал.
Последнее время он чувствовал себя странно: всю ночь ерзал без сна, потел и вертелся, а при первых лучах утренней зари его одолевал беспокойный сон. И каждое утро он просыпался слишком поздно.
Стараясь не обращать внимания на головную боль, он вышел наружу. Времени на завтрак уже не было, потому что поливку овощей надо было закончить до того, как поднимающееся солнце нагонит жары.
У обочины грунтовой дороги неподалеку от его усадьбы стоял маленький белый автомобиль, и его сердце радостно встрепенулось. А он-то уже думал, что Ларк уехала вместе с родителями домой в Калифорнию! Забыв про дела, Натан бегом поднялся на вершину близлежащего холма и сразу же увидел ее — все в той же цветастой кисейной юбке, в которой она была в день их первой встречи, но вместо свитера на этот раз на ней была белая майка. Кроме того, в ушах у нее были сверкающие сережки, а на голове — низко надвинутая широкополая шляпа кремового цвета.
Сбежав с холма, Натан осторожно пошел по направлению к ней, но шелест травы выдал его приближение.
— Привет, Натан, — сказала она, оторвавшись от своих записей.
Сказала так, словно ничего не произошло, словно они расстались только вчера.
Он заметил, что она сильно исхудала и что вокруг ее глаз темные круги. Ее вид вызывал у него тревогу.
— Что это ты здесь делаешь? — спросил он с деланным нахальством. Это у него всегда хорошо выходило. — Ты же всегда все бросала и никогда ничего не доводила до ума.
— Точно, — ответила она и весело рассмеялась. — А теперь я бросила все бросать и не доводить до ума.
— Продолжаешь свое исследование? — уважительно осведомился он, чувствуя себя как под током высокого напряжения.
— Да, — ответила она, — но сегодня последний день. Сегодня вечером мы с папой и мамой улетаем в Калифорнию.
— Понятно, — кивнул он с серьезным видом, но его сердце заметалось в панике.
— Почему же ты не зашел навестить меня? — спросила она.
“Я очень хотел, — подумал он, — но я так напугал твоих родителей”.
— Просто я решил, что будет лучше, если я буду держаться в стороне, — сказал он вслух.
— А я ждала тебя.
— Извини.
— Я хотела поговорить с тобой о том, что с нами произошло.
— А я думал, что ты хочешь забыть об этом как можно скорее.
— Нет, вовсе нет.
“Я же все время только об этом и думаю”, — сказала она про себя.