Люди Ковра (пер. О.Колесников): читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Снибрил покачал головой и поднял монеты, сверкавшие полированной поверхностью.

Они были выточены из красного дерева в копях Ножки Стула. На одной стороне каждой монеты была вырезана голова Императора. Это были тарнерайи, монеты дьюмайи, и по ценности они приравнивались в Тригон Марусе ко многим шкурам. Собственно говоря, они и были шкурами, если воспринимать их таким образом, или горшками, или ножками, или копьями. По крайней мере, Писмайр так говорил. Снибрил никогда по-настоящему этого не понимал, но, по-видимому, любовь дьюмайи к своему Императору была столь велика, что эти его маленькие деревянные изображения принимали и отдавали за шкуры или меха. Во всяком случае, так говорил Писмайр. Снибрил не был уверен, что Писмайр разбирался в финансовых делах лучше его.

Они оба двинулись к повозкам. И дня не прошло с тех пор, как появился Фрэй. Но что это был за день…

В основном споры. Манранги побогаче не хотели уезжать, особенно потому, что никто не имел ясного представления о том, куда ехать. И Писмайр куда-то подевался. Отправился куда-то по собственным делам.

И тогда, в середине утра, они услышали крики снаргов на юге. Кто-то увидел тени, скользившие среди ворсинок. Кто-то другой сказал, что видел глаза, заглядывавшие за частокол.

После этого споры смолкли. Как внезапно заметили некоторые, манранги привыкли странствовать. Каждый или почти каждый год они колесили в поисках лучших охотничьих угодий. Возможно, они готовились к таким переездам долгие месяцы. Не похоже было, чтобы они удирали. Так считали все. Никто бы не мог сказать, что они бежали. Они уходили. Совсем медленно…

Еще до середины дня все пространство внутри частокола оказалось заполнено повозками, коровами и людьми, несущими мебель. Теперь с суматохой было покончено, и все ждали Гларка. Его повозка была лучшей, семейным наследием, с резной крышей, покрытой мехами. Чтобы ее тянуть, требовалась четверка пони. Хижины строились на год или на чуть больший срок, но повозки передавались по наследству внукам.

За повозкой Орксона выстроилась череда вьючных пони, груженных имуществом Орксона в мехах. Они терпеливо ждали. Дальше стояли повозки поменьше, но ни одна из них не была такой богатой, как у Орксона, хотя некоторые почти приближались к ней по великолепию. За ними в очереди двигались ручные тележки и семьи, у которых хватало средств только на то, чтобы владеть одним пони и третью коровы. Последними шли пешком те, у кого не было ни повозок, ни пони. Снибрилу показалось, что те, кто нес в руках все свои пожитки, выглядели чуточку бодрее тех, кто оставил половину своего имущества.

Теперь им был нужен Писмайр. Куда он запропастился?

– Разве его здесь нет? – спросил Гларк. – Но ведь он знает, что мы уходим. Он появится где-нибудь в пути. Не думаю, что он надеется, что мы будем его ждать.

– Поеду вперед и поищу его, – сказал Снибрил отрывисто.

Гларк открыл было рот, чтобы остеречь брата, но потом передумал.

– Ну, так скажи ему, что мы направляемся к Обгорелому Краю по старым проторенным дорогам, – сказал он, – это удобная позиция, чтобы защищаться сегодня вечером, если дело дойдет до этого.

Гларк подождал, пока за пределы частокола не вышел последний сельчанин, отставший от других. Потом он закрыл ворота, укрепив поперек засов. Кто угодно мог проникнуть в деревню сквозь проломы в стенах ограды, но Гларк чувствовал, что ворота должны быть закрыты. Так было… достойнее. Это был намек на то, что однажды они могут вернуться.

Снибрил затрусил рысью и обогнал процессию. Он ехал на белом коне, не очень сноровисто, но решительно. Он дал лошади имя «Роланд» в честь дяди. Никто не оспаривал ни его право давать коню имя, ни право владеть им. Манранги в целом были согласны соблюдать законы дьюмайи, но самым старейшим было право владеть тем, что нашел.

Проехав немного вперед, он свернул с дороги, и вскоре в поле его зрения оказался ослепительно сверкающий белый утес Деревянной Стены, поднимавшийся над ворсинками. Копыта Роланда бесшумно ступали по густой пыли, лежавшей кругом, а Ковер наступал отовсюду. Снибрил ощущал невероятную безбрежность просторов, расстилавшихся вокруг и уходивших далеко за границы Империи. И если дорога дьюмайи могла привести в дальние края, то куда могла привести эта старая последняя дорога?

Иногда в тихие ночи он сидел и смотрел на нее. Манранги много колесили по округе, но всегда в одних и тех же местах. А дорога всегда вилась вокруг каких-то других территорий и уходила неизвестно куда. Писмайр рассказывал о таких местах, как Коврик-у-Камина, Камин, Край. Это были дальние края, и названия их звучали странно. Писмайр побывал всюду и видел то, что Снибрилу никогда не суждено было увидеть. Он рассказывал славные истории.

Несколько раз Снибрилу показалось, что он слышит где-то поблизости цоканье копыт другого коня или пони. Или это были черные лапы? Должно быть, Роланд их тоже слышал, потому что он бодро бежал вперед рысью, готовый в любой момент перейти на легкий галоп.

Здесь пыль скапливалась между ворсинками, образуя высокие курганы, где травы и папоротники росли так густо, что от их аромата воздух казался плотным и тяжелым. Казалось, что и тропинка навевает дремоту. Казалось, она бесцельно вьется среди холмов из пыли. Прямо у южной поверхности Деревянной Стены тропинка заканчивалась и выходила на прогалину.

Деревянная Стена много лет назад свалилась с неба. Она была длиной в один дневной переход, а шириной в часовой. Половина ее была обгоревшей. Писмайр говорил, что есть еще парочка таких же где-то в дальних краях, на дальних окраинах ковра, но он при этом использовал слово дьюмайи «спичка».

Писмайр жил в хижине поблизости от старого деревянного карьера. Вокруг его двери валялось несколько горшков. Несколько тощих, наполовину одичавших коз ускакало с дороги, когда Роланд рысью выехал на поляну. Писмайра там не было. Его маленького пони тоже.

Но у входа в пещеру висела свежевыдубленная шкура снарга. У небольшого костерка на охапке листьев папоротника кто-то лежал, надвинув на лицо шляпу. Шляпа была с высокой тульей, и, вероятно, когда-то она была синей, но теперь превратилась в бесформенный войлочный мешок дымчатого цвета.

Одежда лежащего выглядела так, будто прильнула к его телу, чтобы согреться. Под его голову вместо подушки был подложен потрепанный коричневый плащ.

Снибрил оставил Роланда в тени ворсинок и вытащил нож. Он пополз к спящему и попытался острием ножа приподнять край его шляпы.

И тут произошло нечто трудно объяснимое: непонятный всплеск энергии, в результате чего Снибрил оказался лежащим плашмя на спине, его собственный нож приставлен к горлу, а в нескольких дюймах от него загорелое лицо.

Глаза незнакомца открылись. Несмотря на ужас, Снибрил осознал, что незнакомец только сейчас начал просыпаться. Он задвигался просыпаясь.

– Ммм? О, так это манранг! – сказал незнакомец, отчасти себе самому. – Безобидное создание, – он встал.

Снибрил забыл о своем страхе, потому что поспешил обидеться.

– Безобидное создание!

– Ну, по сравнению с вот таким, как этот, – сказал незнакомец, указывая на шкуру. – Писмайр сказал, что один из вас может появиться.