Иван Грозный (Книга 2, Море): читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Охима, приметив слезы в глазах Ивана Федоровича, горько заплакала; припомнился сгоревший Печатный двор, Андрей... Когда вернется он, не увидит уже прежней нарядной Печатной палаты; Охима жалела и царя, и себя, и стоявшего около нее Ивана Федорова, и вообще, отчего-то так больно изнывало сердце. Уж не чует ли оно еще новые беды?

На лобное место, толкая друг друга и отдуваясь, вошли бояре, торговые люди и простые посадские жители. Они шумно обступили первосвятителя, умоляя его умилостивить государя, поклониться ему за всех, упросить его, батюшку, вернуться в Москву.

Неслись голоса:

- Пускай государь казнит лютой казнью своих врагов! Пускай!

- Нисколь не щадить лиходеев! Смерть им! - вопили купцы-краснорядцы.

- Молим государя: не оставлял бы он царства без главы! Не делал бы нас злосчастными сиротами.

- Иван Васильевич - наш владыка, богом данный покровитель и отец! кричали, что было мочи, бояре в самое ухо митрополита.

- Мы все, батюшка митрополит, со своими головами едем за тобою бить челом государю и плакаться! - дружно наседали на Афанасия купцы, стараясь всех перекричать.

Красные, здоровенные купцы-бородачи воинственно засучивали рукава, бася:

- Пускай государь укажет нам изменников! Чего тут! В землю втопчем, окаянных!..

Злобные, угрожающие крики превратились в бурю.

Митрополит совсем растерялся, испуганно блуждая глазами по сторонам. Бояре, смущенные, подавленные общим волнением, сошли потихоньку с лобного места, чтобы не быть на виду.

Собравшись с силами, митрополит обратился к толпе, сказав, что он отсюда, с Красной площади, немедленно поедет к царю в Александрову слободу.

На лобное место быстро вошел сотник Истома и громко крикнул: "Негоже Москву оставлять без царя и без митрополита! Надобно выбрать послов, которые бы ехали в слободу и передали бы государю слезное челобитие богомольцев, его верных рабов, а митрополиту надлежит в стольном граде главенствовать до прибытия государя, чтоб не было смуты".

Послами назвали: новгородского архиерея Пимена и чудовского архимандрита Левкия.

Одобрительными криками приветствовала толпа избранных иерархов.

К послам присоединились епископы: Никандр Ростовский, Клеферий Суздальский, Филофей Рязанский, Матфей Крутицкий, архимандриты Троицкий, Симоновский и многие другие. От московских вельмож главными послами были избраны князья Иван Дмитриевич Бельский и Иван Федорович Мстиславский. За ними последовали бояре, окольничьи, дворяне и приказные люди.

Двинулись в слободу и гости московские, купцы, посадские люди, чтобы от себя ударить челом государю и плакаться.

Нескончаемая вереница возков, саней, верховых, сопровождаемая бегущими по сторонам людьми, растянулась по всей широкой дороге к Сокольничьему бору.

Снежные поля и леса за заставой огласились новым взрывом воя и отчаянных воплей собравшейся для проводов послов толпы москвичей.

И долго еще позади себя послы слышали глухой шум и крики.

Духовные сановники остановились вблизи Александровой слободы, в Слотине. Старенькие, седобородые архипастыри, томясь ожиданием в сельских избах, с тревогою готовились к встрече с государем. Часы и дни тянулись мучительно медленно. Наконец, в Слотино прибыли важные, надутые пристава, высланные царем для сопровождения посольства в слободу. Они не отвечали на вопросы, взгляды их были неприветливы.

Но вот государь разрешил явиться посольству во дворец.

Смиренно принял Иван Васильевич переданное ему архипастырями благословение митрополита. Царь показался епископам постаревшим, исхудалым, но все тем же прямым, большим, строгим, как и раньше.

Епископы приветствовали государя глубоким поясным поклоном и после того слезно молили его снять опалу с духовенства, с вельмож, дворян, приказных людей, не оставлять государства, но царствовать. Наказывать виновных так, как то будет угодно его царской милости.

Царь, стоя, в задумчивости выслушал горестные речи духовных отцов. Внимательно осмотрел каждого.

- А бояре где? - тихо спросил он.

- Тут же они. Ожидают твоего слова, чтобы осчастливил ты их лицезреть твою светлость. Слезно просим тебя, государь, допусти их во дворец!

Царь с какою-то грустной, усталой улыбкой, вздохнув, кивнул приставам, чтобы ввели бояр.

Осторожно, на носках, вошли бояре, понурые, печальные, прячась друг за друга. Вперед выступили два дородных старца: Бельский и Мстиславский. Осанисто, с достоинством они поклонились царю. Позади их замелькали лысые и косматые седые головы приветствовавших царя остальных бояр. Холод горького недоумения не покидал их: "Чего для государь затеял оное скоморошное дело? Чего не сиделось ему в Московском кремле? Уж не ума ли он, бедняга, рехнулся?"