— Ты говоришь об Адских Мечах? — недоверчиво сказал Руперт. — Ты серьезно?
— А почему нет? — спросил король.
— Адские Мечи нам запрещены, — сказал Харальд, однако от короля Джона не укрылся холодный расчет, засветившийся в глазах Харальда.
— Мы не можем их использовать, — сказал Руперт. — Куртан достаточно ужасен, но эти клинки… Я не уверен, что меня страшит больше: демоны или эти проклятые Мечи.
— Кроме этого тебя пугает еще много разных вещей, — сказал Харальд.
Руперт взглянул на него и Харальд неудобно пошевелился в своем кресле.
— Продолжай болтать, Харальд, — спокойно сказал Руперт. — Ты годишься только для болтовни.
— Хватит! — рявкнул король. — Оставьте вражду, пока мы не найдем способ избавиться от тьмы. Это приказ! — Он в упор смотрел на своих сыновей, до тех пор пока оба неохотно склонили головы перед ним. Джон откинулся на спинку кресла и снова заговорил спокойным и взвешенным голосом. — Адские Мечи — это Мечи силы, силы достаточно большой, чтобы спасти Страну от долгой ночи, которая ей грозит. Все остальное не имеет значения.
— Но мы даже не знаем, что делают эти Мечи, — возразил Руперт. — Прошло так много времени с тех пор, как кто-нибудь отваживался их доставать, что даже легенды стали туманными. Камнелом, Ярило, Волчья Отрава. Эти имена должны что-то означать! Мы можем разбудить зло еще большее чем то, перед которым стоим.
— Даже Меч Зла можно использовать во благо, — возразил Харальд. — Если его тщательно контролировать.
Руперт упрямо качал головой.
— Я не доверяю магическим Мечам.
— А какой у нас есть выбор? — тихо спросил король Джон. — Ты сам сказал, Руперт: сила Леса Мрака основана на магии и должна столкнуться с магией. Как утверждают легенды, Адские Мечи — самое мощное оружие из всего, созданного людьми.
— А когда их доставали в последний раз, — возразил Руперт, — они опустошили полмира, прежде чем снова успокоились в ножнах. Как утверждают легенды.
— На сей раз они могут спасти мир!
— Или уничтожить его на все времена.
— А какая разница? — спросил Харальд. — За этими стенами не осталось ничего, кроме тьмы. Страна и так погибла. Адские Мечи, возможно, наш последний шанс, наша последняя надежда… или они могут уничтожить всех нас.
На самом-то деле, это все равно. Мы прокляты, если сделаем это, и прокляты, если не сделаем. Лично я склонен унести с собою своих врагов.
Руперт нахмурился и медленно покачал головой. — Должен быть другой путь.
— Его нет, — просто сказал Джон. — У нас больше нет выбора, Руперт. Адские Мечи — это все, что осталось.
— Тогда пусть бог спасет наши души, — сказал Руперт.
Джон, Харальд и Руперт сидели в молчании некоторое время, глядя скорее в огонь, чем друг на друга. Они знали, что вскоре им надо идти в Южное Крыло, чтобы вынуть запретные Мечи из древних ножен, но не сейчас. Пока нет.
Они смотрели на стихающее пламя догорающего камина с тихим отчаяньем, погрузившись каждый в собственные думы. Руперт обнаружил, что вспоминает шахту Медянки и найденного там червя, но более всего ему помнится магический Меч, который подвел его.
Камнелом. Ярило. Волчья Отрава.
Руперт задрожал и понял, что не может остановиться.
В тихом, пустынном зале, отмечавшем границу Южного Крыла, становилось немного темнее. Горели факелы и масляные лампы, светился мох в светильниках, но ничто не производило впечатления на мглу, наполнявшую воздух словно грязноватый туман. Руперт стоял в проеме Северных дверей зала, с сомнением глядя на закрытые двери на противоположной стороне обширного, отзывающегося эхом помещения. Где-то за ними лежит Старая Оружейная и находятся Адские Мечи — вероятно, единственная оставшаяся надежда Лесной Страны. Руперт нахмурился и неудобно переступил с ноги на ногу. В зале начиналось Южное Крыло и зал ему совсем не нравился, слишком напоминая Лес Мрака.
Руперт постарался добраться раньше других: частью из-за того, что ему необходимо немного времени для себя, но в основном потому, что он чертовски хотел повнимательнее взглянуть на заново обнаруженное Южное Крыло, прежде чем отважиться войти в него. За тридцать два года исчезновения о Южном Крыле набралось великое множество слухов и все до одного — плохие. Более сотни отрядов в то или иное время искали секрет потерянного Крыла, но вернулись назад лишь те, которым не удалось найти туда дорогу. А ныне Джулия и Сенешаль открыли туда путь и вернулись, чтобы рассказать о нем. Руперт огляделся и медленно покачал головой. Судя по тому, что он увидел, лучше бы Южному Крылу оставаться потерянным.
Одна лампа вдруг замигала и погасла, и тени стали еще темнее. Руперт неспокойно пошевелился. Вместо того, чтобы поддаваться нервам, он решительным шагом направился в зал и достал лампу из ее ниши. Быстрая встряска показала, что в лампе кончилось масло. Руперт хмуро улыбнулся и немного расслабился. Зал не казался таким громадным и угрожающим теперь, когда он вошел внутрь, но все-таки в тишине и полной неподвижности воздуха оставалось нечто беспокоящее. Руперт вдруг почувствовал позади тихие волочащиеся шаги и крутнулся с мечом в руках, обнаружив, что из Северной двери на него ядовито смотрит Сенешаль. Руперт виновато улыбнулся и спрятал меч.
— Извините, сэр Сенешаль.
— О, не беспокойтесь, — сказал Сенешаль, ковыляя в зал, тяжело опираясь на толстую трость. — Я всего лишь слуга. Никто не обращает на меня внимания, зачем вам поступать по-другому? Я вот что хочу сказать: я тот самый человек, который обнаружил и собственноручно разрушил барьер, не пускавший людей в Южное Крыло. Но разве кто-то меня слушает? Я говорю всем: держитесь подальше от Южного Крыла. Я говорю им: там опасно. Но разве кто-нибудь слушает? К черту их всех. У меня был бы нервный срыв, если бы для него нашлось время.