Ударила молния, поднялся белый дым, кругом распространился запах серы, знакомый Боуррику по их побегу из тюрьмы. Сбитые с толку стражники стояли, пытаясь понять, что же произошло, и обнаружили, что Накора уже нет в центре круга. Обернувшись на звук ехидного смеха, они увидели, что исалани приплясывает у самой двери. Накор пронзительно свистнул, махнул рукой, приглашая солдат за собой, и побежал по коридору к центру дворца.
- Как он это сделал? - спросил Гуда.
- Наверное, он все-таки волшебник, - прошептал Сули.
- Ори вернутся, когда сержант вспомнит, что сад еще не весь обыскали, - Боуррик поднялся из-за куста. - Нам надо побыстрее искать другое укрытие.
- Не все ли равно, где умирать, - фыркнул Гуда.
- Наша задача - остаться в живых, - сказал Боуррик, холодно посмотрев на него.
- Не могу с этим спорить, - пожал плечами Гуда. - Так куда мы идем?
- Туда, откуда только что пришли солдаты, - ответил Боуррик, выглянув в коридор. - Если мы проберемся в те комнаты, которые они уже осмотрели, то сможем выиграть время.
Не пускаясь в дальнейшие разговоры, он спокойно вошел в коридор, словно точно знал, что делать. И пожалел, что не знает.
Эрланд сидел в одиночестве. Он размышлял над сложившейся ситуацией и ничего не понимал. События последних двух дней казались настолько невероятными, что он и на миг не мог поверить в то, будто императрица действительно заподозрила его в черных намерениях. Этому не было объяснений, кроме одного, самого очевидного. Кто-то очень хотел войны между Королевством и Империей и, кажется, задумал поторопить события. Автор заговора, видимо, решил обострить отношения именно тогда, когда все возможные подозреваемые оказались под рукой, в Кеше.
Эрланд пожалел, что не знает имени организатора заговора, иначе он бы с радостью доставил его или ее - женщины при кешианском дворе были не менее опасны, чем мужчины, - к подножию трона императрицы, как доставляют добытую дичь к столу. Он решил написать письмо Шаране и заверить ее, что не имеет отношения к убийству ее матери.
Потом принц передумал. Даже если был он лично держал кинжал или подсыпал яд в бокал принцессы Сойаны, он все равно бы твердил о своей невиновности. Но почему была убита принцесса Сойана? И, если подозревают Локлира, где он? Он же не был вором - он дворянин Королевства, барон двора принца Крондорского. Что бы ни случилось - ссора, вражда, - Локлир не мог поднять руку на женщину.
Эрланд понял, что из Локлира решили сделать козла отпущения, но как доказать это?
В его покои вошла Миа и поклонилась ему.
- Эрланд, - тихо сказала она. - Императрица приказала, чтобы вас не выпускали из ваших покоев.
Эрланд вскочил, не помня себя от гнева.
- Да как она смеет! Даже она не может нарушать традиции дипломатической неприкосновенности!
Миа села рядом с принцем.
- Она потеряла дочь. Ее советники предупреждают, что, если она причинит зло вам или кому-нибудь из вашей свиты, она очень рискует - больше ни один посол не отважится пересечь границы Империи. - Девушка вздохнула и положила руку на плечо Эрланда. - Я уверена, что через день-другой она изменит свое решение. А пока вы можете посещать своих друзей в этом крыле дворца, но покидать его вам разрешено только в сопровождении стражи, да и то лишь в том случае, если императрица призовет вас к себе.
- Как была убита принцесса? - спросил Эрланд.
- У нее сломана шея, - ответила Миа, на ее глаза навернулись слезы.
- Сломана шея? - прищурился Эрланд. - Она упала?
Девушка покачала головой.
- Нет. У нее синяки на горле. Кто-то переломил ей позвоночник.
- Миа, это очень важно. Локлир не мог убить Сойану.
Миа внимательно посмотрела в лицо принцу.
- Как вы можете быть уверены?
- Локлир не тот человек, который может обидеть женщину, даже если у него есть на это причина, разве что защищая себя. Но даже если что-то... если что-то спровоцировало его... и он повел себя несвойственным ему образом... он бы не так поступил с Сойаной. Он фехтовальщик и воспользовался бы рапирой или кинжалом. Он опытный боец, но у него нет той силы, которая нужна для того, чтобы сломать шею руками. Принцесса была отнюдь не хрупкой женщиной. И, если дочь на нее похожа, она была очень сильна.
Миа кивнула.
- Сойана была сильнее, чем казалась. Все... все мои родственники со стороны императрицы таковы. Они только выглядят нежными, - она немного помолчала. - Но если не Локлир убил ее, тогда кто? И почему нигде нет Локлира?