— Я знаю… И мои ребята тоже знают… Но мы все равно решили…
Боливар молча смотрел на Санчо, словно прикидывал, какое дело можно доверить Санчо и его друзьям.
— Есть у меня одна работа…
— Работа?! — удивился Санчо. При чем здесь работа, если они хотят бороться?
— Опасная работа, — как бы отвечая мыслям мальчика, сказал Боливар.
— Что надо делать?
Боливар обнял Санчо и отвел в тень.
— Ты знаешь, где находится бар «Глория»?
— Знаю, — ответил Санчо. — Очень хорошо знаю.
— Так вот, приходи туда завтра после уроков. Идет?
— Идет! — ответил Санчо. — И ты дашь нам боевое задание?
— Дам! Салют!
— Смерть Лысому генералу! — ответил Санчо и поднял над плечом сжатый кулак.
В назначенный день Санчо пришел в бар «Глория». Он заходил в этот бар в те времена, когда был жив дедушка. Здесь, в прохладном, полутемном подвальчике, Хуан-Мария любил петь свои песни. А люди любили его слушать.
Санчо сбежал по трем каменным ступенькам вниз и сразу почувствовал облегчение после уличного зноя. За прилавком стоял полный бармен с густыми усами. На нем был белый фартук — безукоризненно чистый. И от этой белизны тоже веяло прохладой. Бармен стоял за прилавком, а за его спиной громоздились полки с разноцветными бутылками. Они были похожи на орган, который вот-вот заиграет и заполнит бар веселыми звуками. Санчо узнал бармена.
В баре было полутемно. Войдя с яркого солнца, Санчо некоторое время привыкал к тусклому освещению. И вдруг он увидел отца. Отец сидел за крайним столиком, но ничего не пил и не ел. Перед ним стояла чашечка кофе, а в руках отец держал газету.
Санчо подошел к отцу. Тот не услышал его шагов.
— Па! — Санчо положил руку на его плечо.
— Санчо? — Отец отложил газету и встал. — Санчо, что ты делаешь в баре? Тебе джин или виски с содовой? — с усмешкой предложил он сыну.
— Разве ты здесь пьешь виски или джин?
Отец промолчал, внимательно разглядывая сына.
— В этом баре пел дедушка, — неожиданно вспомнил Па.
— Я знаю, — отозвался Санчо, — он брал меня с собой. Он пел песни, а погиб как солдат. Я иногда подыгрывал ему…
С этими словами Санчо подошел к небольшой эстраде и взял со стула гитару. Он медленно перебрал струны и запел песню дедушки. И Па, забыв, что песня эта запрещена, стал ему подпевать. Так они пели вдвоем. И люди притихли, перестали шуршать газетами и тоже слушали.
В маленьком баре ожила старая песня. Песня погибшего борца, их товарища, их верного трубадура Хуан-Мария Родригеса. И все, кто был в баре, сперва слушали, а потом стали тихо подпевать, словно каждый хотел добавить частицу своего сердца песне, зовущей в бой.
Никто не заметил, как в «Глории» появился Боливар. Увидев Санчо, он не подошел к мальчику, а стоял в стороне и наблюдал за ним. Только когда песня кончилась и в баре стало тихо, он поманил Санчо пальцем.
— Мне пора, Па, — сказал Санчо.
— Иди, — отозвался отец. — До вечера.
— До вечера, — отозвался мальчик и помахал Па рукой.
— Кто этот человек? — спросил Боливар у Санчо, когда они очутились на улице.