Василий подвез Марину к дому.
— Спасибо. Не нужно. Я сама.
Марина со цветами вышла из машины. Обернувшись, она увидела «Фольксваген «Артура. На душу навалилась тяжелая, бетонная плита.
В прихожей, кроме обуви Артура, стояли неухоженные мужские туфли и очень сильно пахло алкоголем.
Не раздеваясь, Марина прошла в гостиную. На одном диване сидел Артур, на другом — вдрызг нетрезвый Коля.
Артур мгновенно поднялся на ноги.
— Сядь, — с ледяной сталью в голосе сказала Марина.
Артур послушно опустился на диван.
Марина положила на пианино цветы и оба телефона, сняла плащ, небрежно бросила его на круглый стул у инструмента.
Перед внутренним взором Марины все еще стоял Захаров, его волевое лицо, умные глаза. Она подошла к Коле и, что есть силы, влепила ему пощечину.
— За длинный язык!
— Тебе, что, Тема не понравился?
— Твой Тема — полное дерьмо!
— Ну говорил же я Арнольду!..
— Чего сидишь? — не оборачиваясь, не называя имени, приказала Марина, — быстро неси минералку!
Артур послушно выполнил приказ.
— Цветы поставь в воду!
Артур взял букет Захарова, направился в столовую.
— И свои тоже!
Артур вернулся, взял с прозрачного столика между диванами огромный букет пунцовых роз, ушел в столовую.
— Пей, — приказала Марина Коле.
Коля послушно выпил минералку. Но странным образом он уже протрезвел от удара.
— Мариночка, закодируй!
— Перебьешься! Сам остановишься! Сам больше в рот не возьмешь эту гадость!
Марина зашла Коле за спину, привычно поместила одну руку на лоб, другую — на соединение шеи с головой. В голову Коли полилась живительная прохлада. Но, в этот раз, Марина не стала применять торсионное поле для нейтрализации шлаков, а вывела их в желудок.
Коля согнулся от дурноты и побежал в туалет. Его сильно стало рвать.
Марина продолжила стоять на том же самом месте, опустив глаза.
Появился бледный, осунувшийся Коля.
— Мариночка, слово офицера — больше ни капли до конца жизни!
— Косте слово дай!