— Спиртное со стола убрать! Принесите высокий стул для пиджака!
И направился в сторону оркестра, подошел к фортепиано, тронул клавиши, сказал в пространство:
— Наиграйте что — нибудь.
Пианист торопливо сел за инструмент, наиграл несколько музыкальных фраз.
— Достаточно.
Макс все еще держал в руке цветы.
Андрей Степанович робко сказал:
— Ваше превосходительство, позвольте, — протянул руку к цветам.
Макс понял, подал шокированному метродотелю букет.
Марина надела платье, босоножки, убрала влажные волосы в тяжелый узел.
Через несколько минут раздался сигнал мобильника. На экране высветился незнакомый номер.
— Да. Слушаю.
— Добрый день, леди. Меня зовут Василий. Моя машина стоит у вашего подъезда.
— Я выйду через пять минут.
Марина с мобильником в руке вышла в прихожую, надела плащ, взяла со столика у зеркала ключи и вышла из квартиры.
К ресторану «Эксклюзив «Василий подвез ее почти через час. Напротив ступеней, у края тротуара, стоял метродотель, приятный мужчина лет шестидесяти.
Чуть впереди стояли три черных «Гелендвагена».
Метродотель подошел к машине, открыл дверцу, подал руку в белой перчатке.
Марина подала свою, ступила на тротуар.
На лице метродотеля промелькнуло изумление. На ступенях он снова подал ей руку.
Через стеклянные двери и огромные окна до пола, Марина увидела Захарова, быстро направляющегося ей навстречу. В его руке был букет белых лилий.
Марина вошла в помещение. Захаров подошел к ней и первым сказал:
— Здравствуйте, Принцесса.
— Здравствуйте, Максим Алексеевич.
Макс подал Марине цветы, взял ее руку, на мгновение прикоснулся горячими губами к ее прохладным пальчикам.
— Простите, что заставила вас долго ждать. Но мне была необходима эта пауза.
— Ничего страшного. Я не сидел без дела.
Оба были рады встрече. Но были сдержанны. Говорили только взгляды.
Макс взял Марину за руку, подвел к столику в центре зала. Андрей Степанович следовал за ними, чтобы принять плащ леди.
Сначала он испытал шок, когда в ресторан вошел Захаров. За двадцать лет работы метродотелем он привык видеть совсем других олигархов. А этот элегантен, подтянут, без колец, браслетов и цепочек, несомненно интеллектуал, хотя и не лишен некоторого высокомерия. Но, настоящий шок он испытал, когда подал руку его леди. Коротко стриженные ногти, ни одного украшения, ни тени косметики, скромное платье. И, несомненное чувство собственного достоинства. А как изменился Захаров?!. Волевое лицо смягчилось. Взгляд наполнился теплотой и нежностью.