- А ты проверил?.. Вижу, что нет! Сколько раз тебе повторять: ничего на веру, ни одной малости. А тут такая деталь!..
Бундулис развернул телепрограмму и стал ее просматривать.
- Вот, полюбуйся, - передача закончилась в двадцать два пятьдесят. Мог Валет за десять минут дойти до Гончарной?
- Сомнительно, - промямлил я, не зная, куда деть глаза.
- То-то! К бабке-свидетельнице у меня претензий нет, она могла добросовестно заблуждаться. Но с каких это пор мы стали на непроверенных показаниях бабок строить свои фантастические версии?
- Ивар Янович, - попытался я оправдаться, - мы работали не впустую, задержали опасного преступника.
Бундулис досадливо поморщился:
- Дьякова задержали бы и без вас, он фигура заметная. Меня сейчас больше беспокоит неизвестный преступник, ранивший таксиста. И отчитываю я тебя не за то, что пошел по ложному следу, это в нашей работе бывает. Беда в том, что ты слепо поверил одной версии в ущерб остальным. Валета ты поймал - хвала тебе и честь! А человек, совершивший тяжкое преступление против личности, не выявлен, следы остывают, все труднее найти свидетелей… Работать по принципу «тяп-ляп - и клеточка!» никто вам не позволит, лейтенант Агеев!..
9
После начальственной встрепки, которую задал мне Бундулис, я отправился к Сушко, коротко доложил о последних событиях, стараясь повыгодней осветить свою роль в задержании Дьякова.
В продолжение моего рассказа Сушко прилежно рисовала на чистом листе бумаги большие и малые треугольники. Нарисует, заштрихует, опять нарисует. Когда я кончил, она смяла листок и швырнула его в корзину.
- Все это прекрасно, Дмитрий Дмитриевич, но общий итог неутешителен: виновный не найден.
- Темно, Галина Васильевна! Случайная уличная стычка, очевидцев практически нет…
- Неправда! - Сушко пристукнула по столу маленькой крепкой ладошкой. - Есть свидетель, и главный притом, но его надо отыскать. Я говорю о девушке, за которую вступился таксист. Она не могла уйти далеко от места происшествия, все произошло в считанные мгновения. Должна же эта особа если не знать, то хотя бы догадываться о несомненной связи между ссорой и последовавшим за ней преступлением!..
- Пост хок - эрго проптор хок? - блеснул я эрудицией.
Сушко вскинула на меня длинные пушистые ресницы.
- Ого! Вы знакомы с латынью?
Я оскорбленно промолчал.
- Да, Дмитрий Дмитриевич, «после этого - значит поэтому». Хрестоматийный пример логической ошибки! Но в данном случае все было именно так: преступление последовало за ссорой… Ищите девчонку - она выведет вас на преступника!
- Ищем, Галина Васильевна, одновременно с преступником ищем девчонку. Но приметы слабоваты…
- Разве? Я беседовала с Ольгой Павловной, она ее описала очень выразительно.
- У Валета алиби, значит, отпадает и Черныш.
Сушко задумалась. Потом, видимо, окончательно
утвердившись в какой-то мысли, тряхнула каштановой гривкой.
- А вы заметили, как совпадают приметы этой девицы, названные матерью потерпевшего и хозяйкой Дьякова?
- Думаете, именно она была в тот вечер на Гончарной?
- Вполне вероятно. Допустим, Дьякова в тот вечер на Гончарной не было - он в это время готовился к приему мешков от Лямина. Но девчонка могла прогуливаться по этой улице с другим. Именно это и вызвало взрыв ревности у преступника. Нож предназначался не таксисту, он стал случайной жертвой. Преступник взял нож для расправы с коварной изменницей или с удачливым соперником, который провожал в тот вечер его бывшую возлюбленную…
- Третьего никто не видел.
- Он мог уйти раньше, сбежать, испугавшись буйного ревнивца.
Я напряженно обдумываю версию следователя. Выходит, эта черноволосая красотка была сначала любовницей Валета, потом перекинулась на парня, который ранил таксиста, от него ушла тоже к . кому-то… В принципе ничего невозможного тут нет - жизнь порой подбрасывает самое невероятное сцепление случайностей…