Фердинанд Врангель. След на земле: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Внимательно слушавшие английского капитана Врангель и Матюшкин понимающе переглянулись. Врангель вспомнил, что еще в Иркутске слышал о некоем чудаке-англичанине, прошедшем пешком всю Европу и уже находящемся в России. Сама идея пешеходного кругосветного маршрута казалась ему неосуществимой.

Вероятно, англичанин нередко плутовал — преодолевал часть пути, сплавляясь по рекам, верхом на лошади, в повозке или, как здесь, на Севере, на собачьих упряжках.

— Как вы шли, капитан Кокрэн, — вежливо поинтересовался Врангель. — Что имели с собой?

— О, — расплылся Джон Кокрэн, — совсем налегке. Я нес в рюкзаке лишь самое необходимое — сменное белье, пару запасных сапог и пару башмаков. Все было о'кей почти до Москвы, но в ее окрестностях на меня напали в лесу разбойники, раздели догола, привязали к дереву и оставили так, забрав и мой рюкзак. Господа, — с трагической нотой продолжал Джон Кокрэн, — я умолял оставить мне хоть одну рубашку, хоть штаны, хоть пару башмаков — тщетно! Мы не могли понять друг друга. Худо! — заключил он рассказ о неприятной встрече выученным русским словом.

Привязанного к дереву Кокрэна, вероятно, ждала мучительная смерть от голода и комариных укусов, но на его счастье через лес проходил русский мужик и, услышав крики о помощи, отыскал англичанина и освободил его от пут.

— Я был почти как Адам, — живописал Кокрэн свои беды. На нем был лишь жилет, которым грабители почему-то пренебрегли, и в таком виде он пришел в сопровождении мужика в деревню, где другие добрые люди одели, обули, накормили его и отправили в дальнейший путь.

— Это было карашо! — щеголяя русской фразой, прокомментировал Кокрэн. — Но эти люди думали, что я того... убогий, — он приложил большой палец правой руки к виску и выразительно помахал остальными пальцами.

В ближайшем городке Кокрэн заявил в полиции о нападении разбойников и о том, что его начисто обокрали.

— Господа! — счастливо улыбнулся бывалый моряк, — можете верить мне или не верить, но через неделю я получил украденные вещи обратно! Чуть поношенные, но это были мои вещи — и рубашки, и штаны, и сапоги. Невероятно! В Европе полиция на такое не способна. И теперь я очень уважаю Россию и особенно русскую полицию.

Проходя в день, по его словам, по тридцать миль и питаясь почти даром (везде есть добрые люди), Кокрэн добрался до Тобольска, где, принятый губернатором, получил в подарок новый кожаный рюкзак. Более того, услышав рассказ о беде, постигшей путника на подступах к Москве, губернатор распорядился дать ему охранника казака с лошадью.

В Барнауле презревшего опасности англичанина ждала встреча с прибывшим в город для инспекции генерал-губернатором Сибири Сперанским.

— Он расспрашивал меня о моих планах и, когда узнал, что я собираюсь пройти через Берингов пролив, упомянул о вашей экспедиции, что вы будете описывать берег вплоть до этого пролива. По словам генерал-губернатора, если я и не смогу присоединиться к вам, вы посоветуете, как мне быстрее добраться до Америки. И я тут же, как на крыльях, устремился в Нижнеколымск.

Неожиданный финал рассказа Кокрэна весьма озадачил Врангеля. Он никак не мог уразуметь, для чего Сперанский повесил им на шею этого чудака-англичанина. При аудиенции в Петербурге морской министр де Траверсе говорил не только о государственной важности экспедиции, но и о ее в некотором роде секретном характере. Так нужен ли им в этом походе внимательный английский глаз? И зачем им лишний груз и лишний рот? Допустим, наконец, они найдут неизвестную дотоле землю. Стоит ли русским путешественникам разделять славу открытия с примкнувшим к ним англичанином? Словом, брать его с собой в экспедицию нет никакого резона и надо думать, как поделикатнее избавиться от него. Время еще есть.

— В средствах вы, вероятно, ограничены? — участливо спросил Матюшкин. Как и Врангель, он тоже не мог понять, зачем Сперанский обременил их общество этим «всемирным путешественником».

— Увы, — простодушно улыбнулся англичанин, — разве я смог бы попасть в такую даль без помощи добрых людей?

— Пока вы здесь, — любезно улыбнулся Врангель, — мы берем вас на свой кошт, будем питаться вместе. Ты не возражаешь, Федор, — обратился он к Матюшкину, — если господин Кокрэн поживет пока с нами и разделит с тобой большую комнату?

— Отнюдь, — без всякого энтузиазма пожал плечами Матюшкин.

Англичанин просиял. Должно быть, до последнего момента он не был уверен, придется ли здесь ко двору. Кокрэн благодарно протянул руку Врангелю:

— Спасибо, барон Врангель. Ведь вы же барон, как я слышал от господина Сперанского, не так ли? Поверьте, господа, я невероятно счастлив, что нахожусь в России.

Таким образом, Новый год пришлось встречать в компании с нежданно свалившимся на голову англичанином. В качестве подарка Врангель преподнес ему комплект меховой одежды и обуви, без которой при наступивших сорокаградусных морозах нечего было и высовывать нос на воздух.

Как положено, выпили и закусили северными деликатесами. Окончательное объяснение с Джоном Дундасом Кокрэном Врангель предпочел отнести на потом. Англичанин же проявлял некоторую настырность и все выспрашивал о ближайших планах русских, обращаясь к ним после полученного щедрого подарка как к «друзьям». Он уже предложил им отправиться на восток вместе для определения точных географических координат приметных пунктов и выяснения вопроса, действительно ли Азия разделяется с Америкой Беринговым проливом или же, как утверждает его соотечественник Бурней, два материка соединены друг с другом перешейком.

Да правду ли он говорит о себе, начал сомневаться Врангель. Не подослан ли он англичанами как своего рода тайный агент?

Январь прошел в сборах в дорогу. Несмотря на все усилия сотнику Татаринову удалось собрать для весеннего похода лишь девять собачьих упряжек. Часть закупленной для экспедиции провизии и корма для собак была отправлена вниз по реке, на устье Каменной Колымы, в так называемое урочище Сухарное. Туда же были посланы с казаками собачьи упряжки. Татаринов советовал запастись моржовыми ремнями — лучшим материалом для скрепления нарт. Их можно будет, говорил он, закупить на ярмарке в местечке Островном на Малом Анюе, куда чукчи каждый год собираются в феврале для торговли с русскими купцами. Используя приезд на ярмарку чукчей, можно было бы заодно познакомиться с ними и установить добрые отношения, имея в виду предстоящую поездку на их земли.

Эту миссию Врангель решил поручить Матюшкину, и Федор не возражал.

После некоторых раздумий Врангель объявил капитану Кокрэну, что, несмотря на личную симпатию к нему, взять его в экспедицию не представляется возможным. Во-первых, на это требуется разрешение самого государя императора или, в крайнем случае, морского министра. Во-вторых...

— Вы сами понимаете, Джон, — почти по-приятельски говорил англичанину Врангель, — что из-за дороговизны продуктов и наема собак число членов экспедиции и так сокращено до предела. Если я возьму с собой вас, то придется оставить или мичмана Матюшкина, или моего штурмана Козьмина, который вскоре должен прибыть сюда. А мне этого не хотелось бы.

— Я понимаю, — уныло согласился Кокрэн.

Узнав о предстоящей ярмарке в Островном, куда должны съехаться чукчи, Кокрэн почти без подталкивания согласился ехать вместе с Матюшкиным. Он надеялся, что ему удастся уговорить чукчей отвезти его через Берингов пролив в Америку.

В начале февраля с последними припасами для экспедиции прибыл из Якутска штурман Прокопий Козьмин. Зимнюю дорогу он перенес неплохо, был бодр и деятелен и уверял, что совершенно не утомился и отдых ему не нужен. Тем лучше. Врангелю не терпелось, не дожидаясь марта, когда должна была отправиться основная экспедиция, совершить в целях рекогносцировки поездку на восток от Колымы до Шелагского мыса. К его возвращению в Нижнеколымск должен был вернуться с ярмарки в Островном и Федор Матюшкин.

19 февраля в сопровождении штурмана Козьмина Врангель выехал в Сухарное, где поджидали проводники-якуты и трое казаков во главе с Татариновым, отправленные в урочище ранее вместе с собачьими упряжками.