Де Гроот хмуро оборвал врача на полуслове:
– Без разговоров.
В этот миг стекла сотряслись от неожиданно мощного порыва ветра, мигнула лампочка на потолке, грохнула железная калитка за домом. Де Гроот отвлекся на звук и подошел к окну.
– Буря.
– Хенрик, тебе обязательно надо меня выслушать.
– Нет, Док, прости. Я не могу слушать вас обоих.
– Ты о чем это?
– Вы с Червем так и норовите указать мне, что делать, – объяснил измученный недугом голландец.
– Хенрик, я знаю, что ты задумал, и это очень нехорошая мысль.
– Ах вот как?! И что же я, по-вашему, намерен сделать, Док?
– Ты зачем-то решил застрелить Манделу и остальных.
Тот покачал головой.
– Обматывай ноги шесть раз. Крепче! – Голландец некоторое время молчал и вскоре продолжил: – Я ни в кого не буду стрелять.
– Разве? – Лью пришел в замешательство.
– Да. Стопы, доктор Дюран, и лодыжки тоже. Шесть оборотов.
Макбрайд наклонился и исполнил то, что приказал Хенрик. Отрывая куски липкой ленты, он собственноручно лишал себя свободы.
– Я не собираюсь применять оружие, – проинформировал де Гроот, и фыркающий смешок сорвался с его губ. – Вполне хватит огня.
Пленник закончил обматывать ноги лентой и поднял на голландца глаза.
– О чем ты?
Тот проигнорировал вопрос и приказал:
– А теперь руки за спину.
Де Гроот схватил скотч и сам стал обматывать запястья американца.
Лью шарил глазами по комнате в поисках сподручного предмета, которым можно было бы вывести маньяка из игры. Однако в поле зрения попали только Эйдриен, которая, судя по ее виду, готова была упасть в обморок, и стол с лампочками.
– Зачем тебе понадобились лампочки?
Закончив связывать пленника, де Гроот обошел диван и встал перед беспомощной парочкой. Взглянул на часы, зябко поежился и сел в мягкое кожаное кресло.
– Червь умен. Он знает, что с оружием к ним не подобраться – даже с моим удостоверением. Никак.
– Куда подобраться? К кому?
– Во «Фрибур». Я занимаюсь обновлением противопожарной системы.
Макбрайд терялся в догадках, он не понимал, что происходит.
– И что? При чем здесь лампочки?