Росс глубоко затягивался и думал о Карен Ланкастер. Нет, надо ей позвонить. В постели она дикая кошка!
В отличие от Элейн. Лежит колодой, словно делает ему большое одолжение. Совершенно очевидно, что секс не доставляет ей прежнего наслаждения. С ней он постоянно чувствует, что навязывается и не должен затягивать. Если на то пошло, то он честно может сказать, что заниматься любовью с женой ему скучно — и не по его вине!
— Очень хорошо, — пробормотала Элейн. — Я уже думала, ты разучился.
Он пропустил шпильку мимо ушей. Ха! Знала бы она!
— Я прочел сценарий, — начал он. — Не знаю, написала ли его Монтана Грей или кто-то еще. Но фильм будет колоссальный!
— Да? — спросила она с пробудившимся интересом.
— Стопроцентно.
— А… — Она помолчала. — Как твоя роль?
— Роль идеальная.
— Правда?
— Ну, не вполне идеальная для меня как Росса Конти, но идеальная для меня как актера. Ты понимаешь, о чем я?
Понимает ли она? Да с кем он, по его мнению, разговаривает?
— Значит, мы должны заполучить Сейди Ласаль, — сказала она возбужденно.
— Это лучший наш козырь.
Наконец-то они настроились на одну волну. Элейн улыбнулась.
— Я завтра встречаюсь с Карен. Добьюсь от нее ответа, могу ли я устроить вечер для Джорджа и Памелы. Если да, то никто не посмеет не прийти, даже Сейди Ласаль.
«Ма Мезон». Завтрак в пятницу. Небольшой сад-ресторан переполнен. Столики под зонтиками стоят совсем близко друг к другу. Между ними мечутся официанты в фартуках.
Бадди решил испробовать бледно-коричневый пиджак Армани, бежевые спортивные брюки и шелковую рубашку без воротника в тон им. Выглядел он именно так, как следовало, — с шикарной небрежностью. Джейсон пришел в восторг.
— Вам необходим только золотой штришок — сказал он, поигрывая толстой золотой цепочкой, обвивавшей его шею.
— Нет уж! — быстро ответил Бадди. Ничто так не губит калифорнийскую небрежность, как сверкающие побрякушки. Золотые цепочки на мужчинах всегда приводили ему на мысль стареющих ловцов удовольствий, которые кружили по Беверли-Хиллз в своих «Мерседесах»и «Поршах», — волосы старательно зачесаны вперед, толстое брюхо тщательно затянуто.
Они сидели вдвоем за угловым столиком, и Бадди, не стесняясь, с любопытством осматривал модный ресторан. За многими столиками по двое, по трое располагались женщины. А иногда и целыми компаниями. Элегантные, подтянутые, красивые.
Джейсон внезапно счел необходимым коротко перечислить ему всех знаменитостей поблизости.
— Видите вон тех дам? Ну, так красивая брюнетка — это миссис Фредди Филдс. За соседним столиком — Луиза Мур, жена Роджера, — прелестнейшее существо. А рядом…
— Дадли Мур.
— Отлично, — объявил Джейсон, — но, держу пари, вон ту вы не знаете. — Он указал на обворожительную красотку с иссиня-черными волосами, увлеченно беседующую с каким-то мужчиной.
— Сдаюсь.
— Шакира Кейн. Замужем, естественно, за Майклом Кейном. Тут она с Бобби Заремом — создателем лозунга «Я люблю Нью-Йорк». Прославленный рекламный агент, и такой остроумный…
— И они все — ваши знакомые? — спросил Бадди с невольным уважением.
— Не очень близкие, но многие посещают мой салон.
— Э-эй! Так, может, вы сведете меня с агентом? По-настоящему первоклассным?