Да. Сейди. Она же поймет, что роль создана для него. Она же поймет, что он сыграет как бог.
Элейн уже пригласила ее на вечер? Получила ответ — «нет» или «да»? Он бросился в спальню.
Элейн крепко спала в белой повязке, чтобы волосы не падали налицо, щедро намазанное каким-то составом, который Росс зло окрестил «пчелиной молофьей». Глаза спрятала черная маска для сна. Элейн мирно посапывала.
Росс стоял и смотрел на нее. Он устроил ей тяжелый день и теперь немного раскаивался. Но иногда она доводит его всей этой беверли-хиллской чушью. Примчалась от Мэрли Грей, сжимая сценарий, точно пакет акций IBM. Отдала ему и заявила с торжеством: «Получай! Ну, каков сервис?»
Из духа противоречия он отложил сценарий.
«Ты что — не хочешь его прочесть?».
«Попозже», — ответил он, смакуя досаду и разочарование на ее лице.
И тянул весь день, изнывая от желания прочесть чертову штуку, но упрямо отказываясь начинать, пока Элейн оставалась рядом.
Они поужинали, посмотрели фильм по телевизору, и наконец она сердито ушла спать. Он налил себе виски, устроился поудобнее и взял сценарий…
— Детка, проснись! — Он безжалостно потряс ее за плечо.
— Кто тут?.. Что? Господи! — взвизгнула она, судорожно сдернула маску, заморгала и сказала нормальным голосом:
— Росс, какого черта? Ты меня насмерть перепугал.
— Потрясающая хреновина, вот какого! — возбужденно крикнул он.
— Ты пьян?
— Нет, не пьян. Трезв как стеклышко. — Он присел на край кровати. — Ты звонила Сейди Ласаль?
Она извернулась и посмотрела на часы на тумбочке.
— Четверть второго ночи! И ты меня разбудил только для этого?
— Это очень важно.
— Черт тебя возьми! Неужели нельзя было подождать до утра?
Он протянул руку и игриво провел пальцем по ее щеке.
— Опять ты намазалась пчелиной молофьей!
— Без таких слов ты обходиться не можешь?
— А что? Они тебя заводят? — При этих словах он почувствовал прилив желания и машинально потянулся к ее грудям.
— Росс! — начала она протестующе, но тут же спохватилась.
Пусть она и не готова, это не причина упускать внезапно предоставившуюся возможность.
Он проделал обычный ритуал. Супружеский секс напоминал любимое блюдо. Вкусно, но привычно. Она уже оставила надежду, что Росс что-то изменит. У него выработался определенный распорядок, и он строго его придерживался.
Прошло не больше десяти минут, как оба кончили. Она первая, потом он. Пусть у него и самый большой хер в Голливуде, но все равно оказалось достаточно всего десяти минут.
Потом он раскурил сигареты для них обоих и сказал:
— Хорошо, а! — Он всегда говорил «Хорошо, а». Не вопрос, но утверждение.
Она вспомнила прошлое. Их самый первый раз. Месяцы тайных свиданий. Первое время их брака. Ах, каким любовником был Росс Конти тогда!