Писать сценарий было так легко! Она — наблюдательница со сверхъестественной способностью точно определять, что думают мужчины. Она понимает их, сочувствует им и, следя за сплетением уличных жизней, сумела создать замечательную историю подлинных людей.
И вот что собирается сделать с этой историей Нийл!
Испортит все, потому что вновь оказался под давлением и сдается? Или же устоит и снимет фильм, который уже живет в нем? Да, живет. Это она знает.
Он сильный.
Дай бог, чтобы у него достало сил.
Элейн словно была способна говорить только о своем вечере и о Биби Дерьмо Саттон.
— Черт, Элейн! — пробурчал Росс. — Ты разве не знаешь, что она была девочкой на Елисейских полях — сотня долларов за ночь? Я ее имел, Джордж ее имел, мы все ее испробовали. Собственно, когда она только перебралась в Голливуд, был грандиозный скандал, потому что Джордж устроил ей ребенка.
— Ерунда.
— Их было водой не разлить, пока его жена не узнала. Как говорят, Биби смоталась в Мексику сделать аборт.
— Не верю, — чопорно ответила Элейн. — Чистейший голливудский фольклор.
— Никакой не хреновый голливудский фольклор, а святая правда. Так что кончай лизать ее отвислую жопу.
— Она в прекрасной форме, Росс, — категорично заявила Элейн. — И жопа у Биби самая поджарая. Вот твоей не помешали бы занятия в гимнастическом зале. И лучше всего еще до нашего вечера.
— Никак не можешь сдержать ехидство?
— А ты никак не желаешь посмотреть в лицо фактам. Даже для своей пользы.
— Нельзя ли без хреновых нравоучений? — Он демонстративно ушел к себе в кабинет и примерился, не позвонить ли Карен.
Нет, раз Элейн дома, слишком рискованно.
В субботу утром он съездил на «Корнише»к «Нату и Элу», купил локсума, багелей и сливочный сыр, потом остановился возле телефонной будки, позвонил Карен. Отозвалась служба ответов. Не желая называть себя, он сострил: «Передайте мисс Ланкастер, что звонил мистер Элейн и хотел бы договориться с ней о часе приема».
Видимо, ей не передали, потому что наступил уже вечер воскресенья — и ни звука. Конечно, она могла позвонить, а трубку сняла Элейн. Или же она решила, что звонить в воскресные дни не слишком умно, а Карен, как ни взглянуть, очень умна.
Элейн на кухне сердилась, что приходится поджаривать два замороженных бифштекса. Лина по воскресеньям не приходила, хотя Элейн пыталась соблазнить ее двойной платой. Она терпеть не могла стряпни — это портило ногти. Ну, а грязную посуду она оставляла Лине, даже не загружая ее в посудомойку.
Росс забрел на кухню и начал выуживать редиски из салата.
— Кто еще приглашен завтра к Биби учиться калечить и убивать? — спросил он небрежно.
— Обучиться пользоваться «Мейсом» еще не значит калечить и убивать Это великолепное средство самозащиты.
— А как же! Бандит с пистолетом хватает тебя, а ты что? Открываешь сумочку, нащупываешь свой симпатичный баллончик и говоришь (голос его стал писклявым): «Ах, простите, сэр. Не будете ли вы так добры замереть на одну минуточку, пока я попрыскаю вас моим любимым» Мейсом «. Вы разрешите?»
Элейн невольно засмеялась.
— Надеюсь, мне не выпадет случая применить его, — сказала она.
— Лягни по яйцам и давай деру, — посоветовал Росс. — А об остальном забудь!
— Ты что — эксперт?
— Мужчина.
Она едва не сказала: «Я чуть было не поверила!» Но ей не хотелось язвить. Во всяком случае, пока он не восстал против расходов на вечер — а они все росли и росли. Она прищурилась на приятно шипящие бифштексы и спросила:
— Чесночную соль?