Парламент: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Сам произведешь операцию или тебе помочь?

— Лучше убей, — с трудом выговорил он.

— Я тебя когда-то тоже об этом просил. Но ты поступил иначе.

Неожиданно резкий свет фар ударил в глаза. Улица наполнилась воем милицейских сирен. Две машины, моргая мигалками, перекрыв пути к отступлению остановились рядом. Бобан рассмотрел удивленное лицо Евнуха в зеркало заднего вида и, освободившись, наконец, от хватки, предложил:

— Старина, может быть тряхнем как бывало стариной.

— Нет, Бобан, если ты успел что-то натворить, разбирайся сам. Я тебе не помощник.

Дверцы салона с обеих сторон разом раскрылись и их обоих выволокли из машины.

Они, в наручниках, лежали рядом лицом вниз. Евнух с трудом повернул голову в сторону Бобана:

— Запомни, гад, все равно это не последняя наша встреча.

— Молчать! — кто-то сильно пнул его в живот.

За домом раздался протяжный женский вопль:

— Убили-и-и-и…

ЭПИЛОГ

Дверь кабинета начальника областного управления внутренних дел была обита первоклассной кожей. До блеска натертая латунная ручка, отражая солнечный свет, слепила глаза. Агейко нажал на нее, и дверь бесшумно открылась. Вдоль стен были установлены изразцовые дубовые стеллажи, на которых, словно на музейных витринах, были выставлены многочисленные кубки, хрустальные вазы, дипломы в рамках из красного дерева, портреты самых знатных людей области. К своему удивлению Агейко не обнаружил на полках ни одной папки.

В углу на тумбочке с изогнутыми ножками стоял сейф с кодовым замком. Это был совсем не тот несгораемый шкаф с внутренним замком и массивными ключами, в которых оперативники и следователи, как правило, хранили незаконченные дела, личное оружие и початые бутылки со спиртным. Сейф в кабинете начальника больше напоминал произведение мебельного искусства.

Агейко прошел к столу, покрытому зеленым сукном и, кинув взгляд на нарисованный маслом портрет губернатора, который висел посреди стены, улыбнувшись, сказал:

— Здрасьте ваше высокоблагородие. Почтеннейше благодарю за оказанное доверие.

Затем перевернул портрет лицом к стене, словно освобождаясь от присутствия чьих-то глаз, плюхнулся в массивное мягкое кресло и положил руки на стол.

Некоторое время он сидел неподвижно, о чем-то размышляя и постукивая пальцами по сукну. Наконец, глянув по сторонам, заметил в левом углу стола несколько новых, но совершенно пустых папок для бумаг с наименованием «Дело №…» Он подвинул их к себе и, вытащив из подставки для карандашей, синий маркер написал на верхней под заголовком «Дело» — «Бобин Борис Валерьевич». Он отбросил папку в сторону и на второй вывел другую фамилию: «Петяева Виолетта Павловна». Под третьим делом была поставлена фамилия банкира Бурмистрова, рядом с которой он вывел жирный знак вопроса, что по его мнению означало: на этого человека нужно объявлять всероссийский розыск.

Он долго держал в руке четвертую папку и вертел в нерешительности карандаш. Наконец, все-таки отважился и размашисто написал «Пантов Михаил Петрович». Он тут же встал с кресла и без труда вспомнив секретные цифры кодового замка, открыл сейф. Шкаф был абсолютно пуст. Агейко швырнул папку с фамилией Пантова внутрь и захлопнул дверцу. По предварительному расследованию выходило, что бывший депутат областной думы Михаил Петрович Пантов пока является лишь свидетелем тяжких преступлений, которые были совершены две недели назад. Но Агейко нисколько не сомневался, что в ходе дальнейшего следствия вполне вероятно может оказаться, что именно Пантов был и организатором и вдохновителем всех этих преступлений. Пусть даже не будет доказано его причастия к убийству Сердюкова. Но то, что именно по его инициативе был организован притон при Центре знакомств гражданки Петяевой, который направо и налево торговал женскими телами, он не сомневался. Он был убежден и в том, что бывший депутат за бесценок скупал краденый антиквариат и контрабандой отправлял его за границу. Ему требовалось только немного поработать и доказать, что десятки тысяч голосов избирателей в пользу Пантова в ходе последних выборов были фальсифицированы. Так что, пусть пока папочка с имением Пантова немного полежит и подождет своего часа в сейфе. И Хотя Михаил Петрович снова готовился участвовать в избирательной компании по марфинскому округу, чтобы занять место погибшего Сердюкова, Агейко был на сто процентов уверен в его провале. Все Марфино от мала до велика выдвинуло кандидатом в депутаты своего земляка Федора Игнатьевича Теляшина, который, правда, все ещё находился в больнице и залечивал травмы.

Все было ясно новому начальнику областного управления внутренних дел Юрию Васильевичу Агейко, приказ о назначении которого на должность по настоянию большинства депутатов думы сутки назад подписал губернатор. Сбежавшие из германских притонов девушки были готовы дать показания против директрисы Центра знакомств. Борис Бобин не стал снимать с себя вину за убийства своего дружка и депутата. Старая бабка Агрофена, получив обратно похищенную икону, тут же отнесла её в местный храм. Рано или поздно будет пойман банкир Бурмистров по кличке Леха Докучай. За использование служебного положения в личных целях был уволен с работы полковник Махиня, который также теперь находился под следствием. Не долго оставалось царствовать и Егерю: область готовилась к новым выборам и, отказавшийся от почетной должности спикера, Хоттабыч решил баллотироваться на пост губернатора. В его успехе никто не сомневался.

Одного не мог понять Агейко: куда исчезла Клякса? Вместе с Евнухом, которого трое суток продержали в камере предварительного заключения, они обыскали весь город. Делали запросы в Херсонскую область, связывались с Парижем, думая, что Кляксе все-таки каким-то образом удалось улизнуть за Кантоной. Все усилия были тщетными. Одно лишь оставалось предполагать: встречавшийся с девушкой последним Вован навсегда унес с собой в могилу эту тайну.

Агейко прошелся из конца в конец по ковровой дорожке кабинета, раздумывая о том, что человеческая судьба — штука довольно-таки странная. Еще несколько дней назад, обвиняя в клевете, ему шили дело, а сегодня он уже мог сам вершить судьбы людей.

Он вздрогнул от неожиданности, когда на столе громко зазвонил телефон. Нисколько не сомневаясь, что звонок адресован не ему, он все-таки поднял трубку, но к удивлению услышал голос Хоттабыча:

— Обживаешься? Я ведь сразу понял, где тебя можно найти в выходной день.

— Честно признаться, Александр Серафимович, за последние годы я ужасно соскучился даже по воздуху, которым наполнено отделение милиции. Не смог утерпеть, вот и зашел.

— Ну, нанюхался?

— Думается, все ещё впереди.

— Тогда приезжай. Кто обещал Фильке заглянуть в гости? Он скучает по тебе.

Агейко закрыл кабинет и прошел к комнате дежурного. Сдал ключи и расписался в журнале.