– Беспокойся, сколько твоей душе угодно, но не позволяй ему это видеть. Он тоже боится, но изо всех сил старается этого не показывать. Если тебе нужно дать выход своим чувствам – иди в сад и кричи во все горло.
– Вы тоже так делаете?
– Иногда. А иногда я пинаю неодушевленные предметы или занимаюсь первобытным сексом с Рорком. Последний способ не для тебя, – быстро добавила Ева.
– Жаль. Это улучшило бы мое состояние и сделало бы меня куда более продуктивным членом следственной группы.
– Ценю твое чувство юмора. Принеси мне кофе.
– Сейчас. Пожалуй, я попробую способ с выходом в сад.
Ева села за компьютер и начала пробиваться к данным о Мэри Эллен Джордж.
Файлы были запечатаны. Ева получила санкцию, но Детская служба тут же перешибла ее ордером на временный запрет к доступу, который можно было отменить только через суд. Ева понимала, что на это уйдет несколько дней, если только она не воспользуется обходным путем. А поскольку она таких вещей не любила, то решила для начала испробовать более законные методы.
Третий раз за день Ева позвонила детективу сержанту Томасу Дуайеру, и наконец ей удалось застать его, а не автоответчик.
– Сержант, это лейтенант Даллас. Я уже давно пытаюсь с вами связаться.
– Я в суде. Сейчас перерыв. Чем могу служить, лейтенант?
– Я руковожу расследованием убийств, совершенных «Искателями Чистоты». Вы слышали о них?
– Кто же не слышал? Вы звоните мне из-за этого ублюдка Фицхью?
– Я стараюсь раскопать все возможные данные. Вы ведь участвовали и в следствии по делу Мэри Эллен Джордж?
– Да. Мы были уверены, что ей не отвертеться, но ошиблись. А при чем тут Джордж?
– Она тоже мертва.
– Значит, колесо продолжает вертеться… К сожалению, я вряд ли смогу сообщить вам о них что-нибудь, чего нет в досье.
– Что, если я угощу вас пивом после суда? Я в тупике, Дуайер. Мне нужна любая помощь.
– Знаете бар О'Мэлли на 23-й улице недалеко от Восьмой авеню?
– Найду.
– Заседание кончится через час.
– Встретимся в баре. – Ева посмотрела на часы. – Ровно в пять.
– Договорились. Нас уже зовут. До скорого.
Ева положила трубку как раз в тот момент, когда Пибоди поставила на стол чашку кофе.
– Ну что, стало лучше после сада?
– Да. Только горло болит. Между прочим, ваш холодильник забит пепси.
– Джейми, очевидно, поглощает ее бочками. Скажи Соммерсету, что…
Ева не договорила, так как в комнату ворвался ураган в лице Мейвис Фристоун.
Двухдюймовые платформы пурпурных гелевых сандалий нисколько не препятствовали стремительности ее движений. Такого же цвета мини-юбка и полоска ткани на груди прикрывали только необходимый минимум. Волосы были заплетены в сотни разноцветных косичек.
Мейвис обежала вокруг стола – гель на ее ногах издавал хлюпающие звуки – и сжала Еву в объятиях с такой силой, что у нее перехватило дыхание.