— А для чего она им была нужна? — встрял я с вопросом.
— Племена германцев: визиготы, лангобарды, герулы и другие — наши западные соседи, которые не были завоеваны, начали совершать набеги на территорию империи.
Ага, такие названия племен я тоже где-то читал. Это вроде, из эпохи «великого переселения народов». Ну-ну…
— Имперцы начали возводить стену, — продолжала, тем временем, свой рассказ Валентина. — Одновременно они совершали походы на беспокоящие их племена, захватывали там рабов и использовали их на постройке стены. Мало кто жил там больше трех лет. Так, что Великая Стена буквально стоит на костях.
Ах, как пафосно! Голос задрожал, щечки раскраснелись. Ладно, слушаем дальше.
— Стену построили и полсотни лет румийцы за нее почти не выходили. Можно сказать, царил мир.
— Можно сказать? — снова встрял я.
— Были, конечно, стычки, — не очень охотно созналась Валька. — Германцы научились прорываться через стену, если собирали много воинов. С трудом, но могли. Даже западные племена наших родичей — славов — принимали участие в этих прорывах. Как союзники. Еще варанги совершали набеги на побережье Империи.
Варанги — надо полагать варяги, то бишь викинги. В нашей истории серьезные были ребята.
— И чего они там творили, за стеной?
Синицина посмотрела на меня, как на идиота.
— Что, обычно, творят на войне?
— Понятно. Можешь не продолжать. Могу даже сказать, что было дальше. В один прекрасный день румийцы вышли из-за стены и начали давить окрестные народы.
Моя собеседница с подозрением в голосе спросила:
— Ты точно ничего не знаешь про нашу земную жизнь?
— Точно ничего. Просто, кому же понравится пятьдесят лет отбивать набеги и грабежи? Это они еще долго терпели.
Валентина с нескрываемой злостью уставилась на меня и прошипела:
— Слушай, посланник, или кто ты там, ты, вообще, кому прислан помогать — нам, или румийцам?
— Но-но, повежливее с посланником богов, — в свою очередь перешел в атаку я.
— Посмотрим, чей ты посланник. И скоро.
Так, что-то я увлекся. Надо помнить, что я имею дело с чокнутыми ролевиками, а от таких, чего угодно можно ожидать.
— Ладно, — примирительным тоном сказал я, — и что было дальше?
Валька еще с минуту гневно пораздувала ноздри, потом немного остыла. Вспомнила, видно про свои обязанности жрицы и нехотя продолжила излагать.
— Да, восемьдесят три года назад Империя перешла в наступление. Такого победного шествия, как, в свое время, на Западе у нее, конечно не получилось. Германцы, а особенно племена славов нечета изнеженным западным народам.
Ну да, кто бы сомневался — мы же самые крутые.
— Но силы были не равными. Железным легионам, казалось, нет конца. Да еще, наши племена не могли выступить сообща и дрались, по большей части, в одиночку. В общем, пятьдесят лет назад имперцы покорили германцев, а тридцать лет тому — почти все племена славов.
Вот как! Мы, оказывается, под игом. И как тут под игом живется? Видно не сладко, раз уже, судя по всему, не первый год ждут помощи от богов. Вон, даже культ какого-то посланника придумали. Черт! Опять проникся! Это же все сказки для взрослых! И все-таки решил озвучить свой вопрос.
— И как оно, под румийцами?
— Плохо, — помрачнела Валентина. — На нас возложена непомерная дань. Князьям запрещено иметь большие дружины. В каждом крупном поселении сидит имперский наместник, который может вмешаться в любой момент в нашу жизнь. Казнить и миловать по своему усмотрению. При нем всегда состоит гарнизон румийцев, не меньше когорты пехоты и трех турм конницы.
— Это сколько? — решил проверить я свою память.