— А что это было? — Я указал на стол, на который больше не смогу смотреть, как прежде. — Думаю, я показал, что ты мне нравишься. Я могу сделать это еще раз, если ты не уверена, в том, что было. И я приносил тебе коктейль и печенье в школу.
— Ты держал печенье во рту! — Она всплеснула руками.
Я улыбнулся на это чертовски хорошее воспоминание.
— Стол…
— Деймон, бросаться на меня как похотливый пес всякий раз, когда я оказываюсь рядом, еще не доказывает, что я тебе нравлюсь.
Я сжал губы, прежде чем засмеяться.
— Вообще-то именно так я и показываю людям, что они мне нравятся.
— О. Хорошо. Неважно. Это ничего не меняет, Деймон.
— Я никуда не собираюсь уходить, Кэт. И не отступлюсь. — Не от неё — не от нас. — Ты знаешь, почему я встретился с тобой в библиотеке в тот день?
— Что?
— Пятница, когда ты вернулась после болезни? — Я провел рукой по волосам. — Ты была права. Я назначил встречу в библиотеке, чтобы никто не увидел нас вместе.
Её губы сжались, когда она отвела взгляд.
— Ты знаешь, меня всегда интересовало, настолько ли большое твое эго, что ты не хочешь признавать свои ошибки.
— И как всегда ты пришла к неверному выводу. — Я подождал, пока она взглянет на меня, затем продолжил. — Я не хотел, чтобы Эндрю или Эш начали издеваться над тобой из-за меня, как над Доусоном и Бет. И если ты думаешь, что я стесняюсь тебя или не готов показать мои намерения публично, то тебе стоит выбросить это из головы. Потому что я сделаю это.
И это было вторым, что я должен был предпринять.
— Деймон…
В этот момент на моих губах появилась настоящая улыбка, которая говорила о многом.
— Я говорил тебе, Котенок. Я люблю, когда мне бросают вызов.
Глава 14
По дороге в школу на следующее утро я заехал в цветочный магазин — единственный цветочный магазин, находящийся в нескольких кварталах от школы — и купил одну красную розу. Это было банально. Несомненно, так, но если Кэт всерьез думала, что я не был готов показать людям серьезность моих намерений, у нее появится почва для размышлений.
Это было рискованно, возможно, даже глупо. Не то чтобы я не знал о возможных последствиях, но если это, требовалось, чтобы доказать мои чувства к Кэт, тогда я это сделаю.
Войдя в кабинет тригонометрии за пару минут до звонка, я прятал розу за свою тетрадь, пока не оказался перед ней.
Кэт посмотрела вверх, уставившись на розу, а затем непонимающе на меня. Я похлопал мягким лепестком по кончику ее носа.
— Доброе утро.
Ошарашенная, она уставилась на меня.
— Это для тебя, — объяснил я, зная, что весь класс смотрит на нас.
Она взяла зеленый стебель и смотрела на него, пока я не сел на свой стул.
— О, святой младенец Иисус, — пробормотала Леса, и я усмехнулся.
Кэт положила розу на край стола, а потом взглянула через плечо на меня. Я поднял голову и встретился с ее вопросительным взглядом, и улыбнулся. Она повернулась лицом к доске, и в течение урока я несколько раз заставал ее, смотрящей на розу.
Банально, но оно того стоило.