Возникла пауза.
— Я думала, ты спишь.
— Почти, но ты пялишься на меня.
— Я не пялюсь.
Я открыл один глаз.
— Ты всегда краснеешь, когда врешь.
— Не правда.
— Если ты и дальше будешь врать, мне придется уйти, — пригрозил я. — Я не чувствую, что моя добродетель в безопасности.
— Твоя добродетель? — спросила она. — Как скажешь.
Усмехнувшись, я закрыл глаза. Телевизор в фоновом режиме проигрывал давно забытую музыку. Я знал, что мне придется скоро встать. Если ее мама вернется домой и найдет меня здесь, лежащим на диване, это будет не хорошо. Я почти задремал.
— Ты нашел это? — спросила она.
Я провел рукой по груди.
— Нашел что, Котенок?
— То, что искал?
Мои глаза открылись, и взгляд поймал ее.
— Да, иногда мне кажется, что нашел.
Глава 12
В начале урока тригонометрии в понедельник, я не смог не упомянуть те носки, когда сел за парту позади Кэт.
— Сегодня опять носочки с оленями?
— Нет. В горошек.
— Носки-варежки?
— Обычные. — Ее губы дернулись, будто она боролась с улыбкой.
— Не уверен, что чувствую по этому поводу. — Я постучал ручкой по краю стола, делая вид, что серьезно задумался. — Просто обычные носки кажутся такими скучными, после того, как я увидел носки с оленями.
Леса прочистила горло.
— Носки с оленями?
— У нее есть носки с оленями, они выглядят как варежки для ног, — объяснил я.
— О, у меня есть пара таких носков, — сказала Карисса, улыбаясь. — Но мои в полосочку. Люблю носить их зимой.
Кэт выглядела самодовольно.
— Я единственный человек, которому интересно, откуда он знает о ее носках? — спросила Леса.
Карисса ударила ее по руке.