Прибежал, однако, через полчаса, взволнованный и запыхавшийся.
— Слушайте! Братва!..
Все сбежались:
— Что такое?!
— Слушайте! Я там какую-то такую фигню видел, страсть! Никогда раньше не видал.
Более внятно описать «фигню» он не смог, но слушателей заинтересовал. Им непривычно было видеть такого О-о — в волнении, почти в испуге. И все пошли с ним, остались лишь малыши и Снежана. Даже Шуруп бежал следом, серьезный, пыхтя от усердия.
Шли быстро, но с предосторожностями.
— Такое темное... — силился донести до друзей свои впечатления О-о. — Ну, противное. Шевелится так... Но не в этом дело!
— А в чем? — Костя аж забегал вперед от любопытства.
— Ну, понимаешь... Оно так шевелится, и как бы воздух над ним дрожит. Кажется, вот-вот — и втянет его.
— Кого — его?
— Воздух! То есть над ним как бы воронка такая закручивается. Кажется, вот сейчас вдруг как всосет все! Страшно. Я и близко подходить не стал... Вдруг засосет.
— Не бзди, — успокоил его Кишка. — Не всосало же.
— Ага, не всосало! Раз не всосало, а в другой раз...
— А ну, хватит! — оборвал Бабай. — Закаркали. Оружие с собой?
— Ну так!
— А раз так, то и ссы кипятком на ноги. Семь рыл, каждый с пушкой — чего пугаться?! А если кто так не думает — пусть идет назад. К бабам, детишкам. Пусть там штаны сушит...
— Девчонки здесь тоже! — хрипло вякнула Бешеная Тумбочка.
— Ну тем более.
Так дошли до свалки. Здесь уже начало зарастать травой, но все же видно было, что это пустырь, почва пропитана дрянью. Только-только растительность начала одолевать ее.
— Сюда, — приговаривал О-о, — сюда... Вот, гляньте. Вот оно!
Неведомо, что подумали другие, но Бабай, как увидел этот предмет, сразу понял, что штука эта серьезная. Больше всего это было похоже на оживший вдруг желудок, которому почему-то вздумалось пожить самостоятельной жизнью. Гадкий предмет — тут О-о был прав на все сто, сам по себе он ничего, кроме омерзения, вызвать не мог.
Но в том-то и дело, что он был не сам по себе! Он как-то изменял пространство вокруг себя, воздух над ним дрожал и змеился легким маревом, как над горячим асфальтом в жаркий день, даже переливался неким неуловимо-перламутровым оттенком... Это было и жутко и восхитительно враз, особенно притягательной казалась смесь гадкого и таинственного. Все обступили странную штуковину, смотрели и молчали.
Молчание нарушил Костя.
— Это... — произнес он. — Видите, как подрагивает?
— Не слепые, — буркнул Кишка.
— Это энергетика, — убежденно заявил Костя. — Точно вам говорю! Оно с энергией что-то делает. Смотрите, вон как ходит ходуном!..
Бабай хотел было осадить умника, чтоб не болтал лишнего, да не успел.
Не то чтоб эта пакость лопнула, но как-то мощно вздулась — все отшатнулись, — а она так же резко сжалась, и каждый ощутил на миг что-то вроде падения в пропасть. А затем пространство вокруг «энергетики» как-то вывернулось наизнанку, втянуло всех и выплюнуло — прямо в хаос, к рожам гоблинов и горящим грузовикам.
Глава 3
ПАРЕНЬ ИЗ ПОДОЛЬСКА