Господа офицеры! Книга 2 (СИ): читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Не подведут нас Кубанцы, как ты думаешь, Пётр Николаевич? — спросил Озереев.

— Не думаю, у них в строю четверть — офицеры! — сказал Аженов.

Разговоры потихоньку стихли, и колонна втянулась в привычный ритм. Дорога была тяжелой, грязь загустела и увесистыми комьями липла к сапогам. В низинках стояла вода, некоторые бултыхали ногами, стараясь смыть тяжёлые комья. Темп движения падал. Выйти к станице ночью не получилось. Быстро светало и впереди уже виднелись станционные постройки. Чуть приблизившись, удалось рассмотреть и бронепоезд. Красные к встрече подготовились. Офицерский полк ушёл вправо, охватывая фланг, Кубанский стал разворачиваться фронтом на станцию. Красные подозрительно молчали.

Подошли уже на версту, когда красные ударили. Густо, из пулемётов и бронепоезда. Из-за зданий появился второй бронепоезд и тоже угостил горячими пулями.

— За насыпь! — крикнул взводный. — Ложись!

Людей выкосило много.

Из первого бронепоезда загрохотали орудия. Били гранатами. Местность впереди лежала открытая, поросшая редкими кустиками. Спрятаться негде. Вышли бы на два часа раньше и ночью бы всех перебили, а так сами себя подставили под пули. Красные снарядов и патронов не жалели.

Четвёртую роту послали вправо, перерезать железную дорогу на Екатеринодар, но поздно. Рота наткнулась на окопы красных, а по железной дороге подошел ещё небольшой состав полный пехоты.

Дали команду "Вперёд!"

Петр поднялся, как все, и побежал. Это был первый бой, напоминавший германскую. Пули просто выли по сторонам и оставалось только молиться, чтобы не зацепило. Он стиснул зубы, привычно отгоняя страх и вручая свою жизнь Господу. Открытое поле, а впереди пулемёты — знакомая картинка из пятнадцатого года. Офицерские цепи заметно редели.

— Ложись! — спасительная команда ротного.

— Перебежками по одному вперёд, марш!

Сзади ударили орудия Миончинского, вздымая фонтаны взрывов вокруг бронепоездов. Те сразу задёргались, меняя позицию, огонь чуточку ослабел. Бронепоезда начали бить картечью, офицеры бросками уходили из-под разрывов. Поредевшие цепи неумолимо приближались к противнику на расстояние броска. Красные тоже это понимали, их винтовки били беспрерывно, вслед тараторили пулемёты. Пули свистели со всех сторон. Офицеры огрызались малочисленными выстрелами, враг сидел в окопах и с такого расстояния взять его было трудно.

Корнилов подъехал к Маркову и сделал выговор:

— Сергей Леонидович, я просил вас о ночной атаке, а вы закатили дневной бой!

После этого, ничего больше не добавив, уехал на левый фланг где атаковала вторая бригада.

— Задави бронепоезда, а то они весь полк положат! — отдал распоряжение Марков артиллеристу.

Артиллерия заработала вдвое быстрее и один бронепоезд, видно получив значительные повреждения, стал уходить к Екатеринодару. Второй прикрылся станционными строениями и лупил изо всех стволов.

Пара снарядов офицерской батареи ударили в здание и последовал мощнейший взрыв. Взрывную волну Петр почувствовал даже за четыреста метров. Что там у красных лежало, то ли штабель снарядов, то ли взрывчатка, но долбануло крепко. И красные побежали. Бронепоезд тоже начал спешно отходить, постреливая из пулемётов.

— В атаку! Вперед! — тут же раздалась команда. Петр здоровенными шагами помчался вперёд. Над полем встало многоголосное "УРА!" Офицеры неудержимо бежали к станции. Мелкую речушку перед окопами красных даже не заметили. Пётр заколол лишь двоих замешкавшихся. Бегали красные хорошо.

Справа у железной дороги началась сильная перестрелка. Пятая и шестая рота юнкеров всё-таки подобрались к железной дороге и ударили по отходившему бронепоезду. Паровоз запарил и встал. Роты тут же бросились вперёд и перебили всю команду, состоящую из матросов.

Запада по станице ударила вторая бригада и красных рассеяли по округе. Подоспела конница Эрдели.

Офицерский полк потерял убитыми и ранеными сто пятьдесят человек. Победа досталось дорогой ценой. Радовались только артиллеристы — добыли семьсот снарядов.

Петр вылил воду из сапог, вытер их изнутри сухой травой и перемотал сухие портянки. Полк начал чистить станицу. После обеда появились первые телеги из многокилометрового обоза. Врачи развернули госпиталь и начали оказывать помощь многочисленным раненым, наскоро перевязанным сёстрами милосердия. К вечеру в станице собралась вся армия. Куда она пойдет дальше?

Г Л А В А 15

Через сутки вторая бригада и конница ушли. Затем из Афипской ушёл и обоз. Первая бригада выставила заслоны по железной дороге в направлении Екатеринодара и Новороссийска и стояла на месте. Пётр нервничал, до города было уже рукой подать. Дом у них был около Сенной площади, с этой стороны как раз недалеко. Что делала армия никто не знал. Однако всем было ясно, что через Кубань необходимо переправляться, если белые хотят атаковать город. В районе железнодорожного моста Марков держал одну офицерскую роту и батальон кубанцев. С той стороны красные копили силы, ожидая удара через мост Добровольческой армии. Беспрерывно катались два бронепоезда. Лезть под пушки и пулемёты было боязно, слишком узок мосток, можно из пулемётов положить не один полк. Красные на эту сторону реки от Екатеринодара не лезли, лишь со стороны Новороссийска подходила для разведки дрезина. Но потихоньку большевики накапливали силы в окрестных станицах и в Екатеринодаре, готовясь к решающей схватке.

На третий день бригада оставила Афипскую и двинулась на северо— восток. К вечеру достигли аула Панахес. Приказано было размещаться и занимать оборону. Оказывается, конные части и 2-я бригада заняли рядом станицу Елизаветинскую, где имелся паром, и переправились на ту сторону Кубани в десяти верстах от города. Весь обоз огромным табором стоит на берегу реки и ждёт переправы. Скопилось примерно тысяча телег. Офицерский полк стоит в арьергарде и охраняет раненых, офицерские семьи и беженцев. Конные разъезды контролируют подступы к станице.

Пётр весь извёлся. Армия с обозом, около шестисот повозок, переправлялася три дня. По четыре телеги на паром. Четыре тысячи лошадей, орудия, зарядные ящики, девять тысяч людей — огромное количество на два парома и десяток лодок. За рекой гремели орудия, Корниловцы и Кубанцы вели бой, а самая ударная часть армии отсиживалась в тылу, охраняя обоз.

Красные пытались несколько раз атаковать и сбить заслон, но не настойчиво. Офицеры выкопали окопы и постреливали в приближающиеся цепи. Как только подключались пулемёты, большевики разворачивались назад. Конные дозоры черкесов докладывали генералу Маркову о всех перемещениях противника. Все конечно понимали, что обоз с ранеными и семьями — дело святое, но на третий день начали теребить командира, чтобы быстрее переправили. Все рвались в бой, да и все офицеры прекрасно понимали, что армия, разорванная рекой на две части, представляет лёгкую добычу для противника. И чем дольше сохраняется такое положение, тем больше у большевиков времени, чтобы организовать удар. Генерал Марков был тоже недоволен тем, что его бригаду фактически вывели из штурма Екатеринодара. На его взгляд с обороной обоза вполне справились бы и конные части.

Наконец переправились кубанцы, закончил переправляться обоз. Офицерский полк шёл последним. Переправлялись ночью, постепенно снявшись с позиций.