Грю хмыкнул, а Энейн присел рядом с ним и ободряюще похлопал его по плечу:
– Не волнуйся, брат, женщины очень непостоянные существа!
Я расхохоталась и взяла Холлис за руку.
– Я тебя сейчас умою, и ты будешь красивая-красивая! – пообещала я.
– Как ты? – с надеждой спросила девочка.
– Даже еще красивее! – улыбнулась я.
Мы спустились к реке. Я сначала попробовала воду рукой и небольшим заклинанием сделала ее чуть теплее у берега. Холлис разделась, небрежно отбросив платье, и забралась по самое горлышко в воду. Я собрала юбку у пояса, чтобы не намочить, вошла в воду и помогла девочке намылить голову. Она смеялась и постоянно сдувала пену, предлагая накормить этой пеной рыб.
Когда с купанием было покончено, я замотала Холли в полотенце и, захватив ее платье, повела в лагерь. Девочка тут же подсела к костру, кидая на Грю испуганно-восхищенные взгляды. Я же осмотрела дырявое и грязное платье, решая, что с ним делать.
– А где, кстати, Энейн? – спросила я, заметив, что вора нет.
– Ушел куда-то, – равнодушно ответил Грю. – Холли, милое дитя, почему ты так на меня смотришь?
– Ты такой страшный! Но ты мне нравишься!
– Ха, отлично! – развеселился тролль. – Я это скажу Энейну, пусть удавится от зависти!
Я отложила платье с мыслью, что не буду даже стараться зашить это тряпье. Холли прекратила свое любование Грю и взобралась ко мне на колени, начиная осматривать меня своими чистыми зелеными глазами.
– Тетя Мэй, почему у тебя такие красивые волосы? – восхищенно спросила она. – Они такие черные и блестящие, а еще как колечки!
– Ну... – протянула я. – Такая я уж уродилась.
– Ты такая красивая! – восторженно заявил ребенок. – А я вырасту такой же красивой?
– Конечно! А теперь давай я тебя причешу. И ты будешь красивой как принцесса!
Я принялась расчесывать белокурые волосы Холлис, а та с завидным упорством закидывала меня вопросами. Странно, но меня это совсем не раздражало! Наоборот, некоторые вопросы меня умиляли, а некоторые веселили. Я чувствовала себя необыкновенно хорошо, держа на коленях девочку и водя расческой по спутанным прядкам.
– А вот и я! – Энейн появился словно бы из ниоткуда. – Соскучились?
– Просто места себе не находили! – оскалился Грю. – Еще ни по одному человеку я не скучал так, как по тебе!
– Я так и знал, – довольно улыбнулся вор. – Я необычайно популярен!
Я хмыкнула. Он подошел к нам и жестом фокусника вытащил что-то белое из-за спины. Холлис тут же заинтересовалась, а вор с улыбкой протянул ей красивое и совершенно новенькое белое платье из мягкого льна, ничем не украшенное, но удивительно милое и симпатичное.
– Это тебе, малышка! Будешь похожа на ангелочка.
– Ой, спасибо, дядя Энейн! Какое красивое! Смотри, тетя Мэй, у меня теперь новенькое платьице! Красивое!
Ребенок принялся восхищенно рассматривать обновку, а я, приподняв брови, уставилась на Энейна. Тот обезоруживающе улыбнулся и сказал:
– Только не спрашивай, где я его взял!
– Я и так знаю, – усмехнулась я. – Даже знаю, каким способом ты его взял. Туриса и Диксериту не видел?
– Видел. Они скоро придут с едой.
– А они тебя видели? Турис тебе уши оборвет за воровство!
– Ох, подумаешь! Я же своровал не ради себя! И это впервые, между прочим. Все ради малышки Холли!