— Добрая встреча, Геро.
— Добрая, Гаэт Ветер. Рад тебя видеть. Кого это ты везешь?
Я, наконец, отплевалась от чужих волос.
— Амаргин!
— Ага, это ты. — Волшебник из-под руки разглядывал меня. Громоздкий балахон его хлопал, волосы то и дело засыпали лицо. — Это хорошо, что ты нашлась. Я тебя уже искать собрался. Где ты ее подобрал, Ветер?
— На берегу. Ее едва не сцапала горгулья.
— Ого! Где-то обнаружилась крысиная нора?
— Плакальщица недосмотрела. Который раз уже. — Мой спутник покачал головой. — От нее вечно полуночная нечисть ползет. Эта смертная едва не проделала дыру к демонам.
— Гаэт, я заберу девицу.
— Она твоя?
— Ну… почти. Не совсем.
— Не морочь мне голову. Что значит — не совсем? Кто за нее поручился?
— Ирис. Еще не поручился, но обещал. Если не передумал.
С чего бы ему передумать, обеспокоилась я. И вообще, странные какие-то намеки… Разговаривают, словно меня тут нет.
Гаэт обернулся, я увидела его резкий хищный профиль и длинную, аж до виска, медно-рыжую бровь.
— Пойдешь с ним?
— С Амаргином? Да, конечно.
— Тогда слезай.
— Слезай, Лесс, — Амаргин протянул руки и я соскользнула с конского крупа ему на грудь.
Рыжий Гаэт, хмурясь, смотрел на нас с высоты седла. Плащ вздыбился крылом, заполоскался, защелкал. Гаэт сказал:
— Скажи Босоногому, чтобы не отпускал от себя игрушку. Или сам за ней следи. А то пропадет девчонка. И, если он раздумает ручаться, дай мне знать, Геро. Я отвезу ее обратно, в серединный мир.
— Договорились.
Всадник коротко кивнул, поднял ладонь, прощаясь, и развернул коня.
— Спасибо, Гаэт! — крикнула я запоздало.
Он снова махнул рукой — и тут стеной ударил дождь. Водяной занавес моментально разделил нас, силуэт всадника истончился, расплылся и через мгновение исчез.
— Амаргин… а где Ирис?
— Пойдем-ка отсюда… Давай руку.
Дождевой шквал, едва задев нас, пронесся над рекой, взбивая пену и пузыри на воде. Ни я, ни Амаргин даже толком не намокли. Однако с юга и юго-востока в нашу сторону летели рваные полотнища ливня, а взбаламученный воздух переполняла водяная пыль.
— Где Ирис? — я спешила за волшебником по мокрой траве, навстречу ливню. Волосы и платье мои были насквозь пробиты гроздьями капель.
— Не знаю.