«Голубой блюз»: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

– Нет, Зеленая Веточка, еще не время.

Дик вел ее в танце, крепче и крепче прижимая к себе. Они танцевали, не замечая бегущего времени, а между тем круиз подходил к концу. Напоследок оркестр грянул бравурный марш; публика веселилась от души. На этой триумфальной ноте завершилось путешествие, и «Барбадос» пришвартовался к пристани Саванны.

Когда они поднялись на веранду, Дик не стал провожать хозяйку до дверей, а сразу усадил на качели. Сердце Долли тревожно забилось: весь вечер она ждала обещанных слов Дика, и вот сейчас... Неожиданно ей стало страшно: а вдруг он скажет совсем не то, что она так жаждет услышать...

Они сидели на качелях рядышком, и любимый крепко сжимал ее руку. Стук сердца гулко отдавался в голове молодой женщины. Нет-нет, не может быть! Ведь он же сам сказал, что думал об этом весь вечер и держал в тайне, потому что такие слова могут быть сказаны только после этого волшебного вечера, незабываемого круиза при луне...

Низкий глубокий голос Дика зазвучал нежно, словно прикосновение кисточки из лебяжьего пуха к щеке.

– Долли, милая, ты знаешь, как я тебя люблю, как ты мне дорога; знаешь, как мне будет тяжело переносить разлуку с тобой. – Он замолчал, пытаясь справиться с захлестнувшими его чувствами. – И все-таки я должен сказать. Моя работа на острове завершена. Мне пора уезжать. Я скоро покину тебя, моя Зеленая Веточка.

Женщина долго молчала, не в силах осознать смысл сказанного. Он собирается покинуть ее? Он уезжает с Кораллового острова?! Не может быть! Тут что-то не так! Когда она наконец заговорила, то не узнала собственного голоса.

– Но ты ведь можешь остаться, не так ли?

Нерешительно Дик кивнул в ответ.

– Компания предлагала мне остаться и возглавить проект спасения черепах и некоторые другие программы. Но я прирожденный бродяга, дорогая! – Губы его сложились в горькую усмешку. – Меня зовет и манит дорога...

Волна горького разочарования захлестнула ее. Долли чувствовала, что тонет, ей не хватало воздуха, легкие судорожно сжимались... Теперь наконец она все поняла. Но как он мог?! Впрочем, сама прекрасно сознавала, что Дик ничего не обещал ей, и все же чувствовала себя обманутой. Как он посмел сначала сказать, как много значит она для него, а потом запросто вычеркнуть ее из своей жизни?! Внезапная вспышка гнева ослепила Долли. Она вскочила на ноги, сжала кулаки так, что хрустнули суставы, и низким хриплым голосом сказала:

– Так чего же стоят твои слова о том, что я дорога тебе?! Если бы это было так, ты бы никогда не уехал! Ведь ты же сам говорил, что наш район объявлен заповедником по развитию программ сохранения дикой природы. Для тебя бы в Джорджии хватило работы на всю оставшуюся жизнь! И разве не ты сокрушался, что у тебя никогда не было своего дома? Ты мог обрести его здесь, на Коралловом острове...

В голосе ее все-таки зазвенели слезы. Реакция Долли на его сообщение ошеломила Дика. Глядя на нее с удивлением, он осевшим голосом произнес:

– Дорогая, ты не понимаешь меня! Мой дом – весь мир; и самое главное—превыше всего я ценю свободу!

Теперь они стояли рядом. Гнев Долли постепенно проходил, уступая место глубокому безразличию и апатии. Все надежды ее были разбиты, впереди – мрак. Словно издалека до нее донесся собственный голос.

– Ну, что же... уезжай, отшельник. Ты так и будешь дрейфовать по жизни, не зная ни привязанности, ни ответственности!

– Я не брал на себя никаких обязательств!

– Это точно! – Долли вскинула голову. – Ты считаешь себя эдаким суперменом, Дик Флеминг. А правда заключается в том, что тебя с девяти лет швыряет по жизни, и ты просто не способен хоть где-нибудь зацепиться. Я даже рада твоему отъезду с Кораллового острова, и чем раньше это произойдет, тем лучше!

Слезы опять подступили к горлу женщины, и, прежде чем Дик успел ответить, она убежала в дом, хлопнув напоследок дверью.

XII

Дороти чистила крабов для супа, а Кэрол у буфета украшала пирог для званого ужина. Закончив работу, женщина посмотрела на дочь и увидела одинокую слезу, скатившуюся по щеке и упавшую на шоколадную заливку.

Мать подошла к девочке и обняла за плечи.

– Шоколаду достаточно, доченька. Ты решила сделать такой же пирог, как в прошлый раз, потому что он понравился Дику?

Кэрол шмыгнула носом.

– Я никогда не верила, что наш сосед на самом деле уедет, мама!

У Долли комок встал в горле, но она постаралась не выдать своих чувств и философски заметила:

– Такова жизнь, девочка. Друзья приходят и уходят...

– Я понимаю. Но отъезд Дика мне всегда казался таким далеким... Я думала, что сегодняшний день никогда не настанет!

– Понимаю тебя, малышка. Но ведь мы же решили превратить в праздник его последний день на острове. Так что давай не будем плакать и проводим его красиво.

Дороти внезапно запнулась, задумавшись над иронией, которая таилась в этих словах: обычно хочется кого-то красиво встретить, а они собираются красиво проводить... Господи, как все это больно! И как хорошо, что сегодня так много дел: можно постараться ни о чем не думать...