– Разумеется, и с тобой, и с Клодом, и с Китти...
Кэрол наконец улыбнулась, а гость вытащил носовой платок и с облегчением вытер лоб.
– Вам жарко? – Кэрол привстала и наклонилась к нему.
Этого еще не хватало! Испугавшись, что она станет трогать его лоб, Дик резко отодвинулся.
– Нет, нет! Со мной все в порядке.
Флеминг мечтал об одном: чтобы девочка вела себя примерно так же, как Ральф, – не вставала со своего места без команды – и чтобы между ними всегда был широкий, уставленный посудой стол. Но Кэрол все-таки встала. Дик затаил дыхание, но она, по счастью, направилась к окну с видом на океан.
– Здесь действительно душно. Я немного проветрю комнату, – с этими словами Кэрол открыла окно.
С улицы донесся знакомый звук: шум подъезжающего автомобиля и скрежет ракушечника под колесами. Обычно этот скрежет довольно неприятно действовал на нервы, но сейчас он прозвучал для Дика словно волшебная музыка. Раздался стук каблуков по веранде, хлопнула входная дверь. Вскочив с дивана, Дик кинулся навстречу, Кэрол за ним.
Долли улыбаясь вошла в дом. Но когда она посмотрела на Дика, а потом перевела взгляд на дочь, улыбка сползла с ее лица.
– Кэрол, что с тобой? Тебя никто не обидел? Ты на себя не похожа! И что это за маскарад?!
Гость поднял руки вверх:
– Не волнуйся, Долли! Твою дочь никто не обидел и пусть тебя не вводит в заблуждение ее наряд. Кэрол осталась дома за хозяйку и старалась выглядеть соответственно. Должен сказать, что справилась она прекрасно. И вообще – Кэрол очень грациозная и обаятельная юная леди, образец южного гостеприимства.
– Понятно. Спасибо, дочка. – Мать поцеловала девочку.
Про себя Долли отметила, что только что стала свидетельницей образца добросердечия и тактичности. Если кто и проявил себя настоящим южным джентльменом, так это Дик. Он героически справился с теми трудностями, которые создала ему Долли, оставив на съедение собственной дочке. Вспомнив, что в ее дом Дика привело дело, она тут же приняла деловой вид.
– Давай перейдем в гостиную и обсудим, какие растения ты хотел бы иметь у себя в доме.
Кэрол, которой комплименты вскружили голову, отправилась следом за взрослыми и уселась рядом с Диком на диван. Мать удивленно взглянула на дочь. Очевидно, она сочла, что теперь следует занимать Дика весь вечер? Сначала Долли решила отослать девочку к себе, но потом передумала, рассудив, что в присутствии дочери она будет чувствовать себя спокойнее, да и разговор тогда пойдет в нужном русле. Но взглянув на Кэрол и Дика, Долли вдруг ощутила неприятный укол в сердце. Что это с ней? Покраснев от стыда, женщина осознала, что увидела в Кэрол Хаммер соперницу! Что за идиотская мысль! Надо поскорее отослать девочку – подальше от греха.
– Послушай, милая, – ласково сказала Долли, – мы с Диком будем обсуждать деловые вопросы, и, боюсь, тебе будет с нами скучно. Может, ты пригласишь к себе какую-нибудь подружку? Вы могли бы во что-нибудь поиграть. Например, в настольное регби.
Кэрол энергично затрясла головой, отчего взлетела ее медная грива, и с надеждой посмотрела на гостя.
– Я бы лучше поиграла с вами.
Дик искоса взглянул на Долли. На дне его темных глаз плясали бесовские огоньки, он едва удерживался от смеха.
– Я бы сыграл с удовольствием.
Он еще издевается!
–Я сейчас не в настроении играть, – раздраженно сказала хозяйка, бросив на Дика неприкрыто враждебный взгляд. – Мы, кажется, собирались поговорить о деле. Ты хотел озеленить свой коттедж?
Флеминг ухмыльнулся.
– Значит, ты не хочешь играть только из-за своего плохого настроения? Других причин нет?
Сердце Долли сжалось. Своим вопросом он задел ее за живое. Изо всех сил стараясь сохранить благоразумие, она все-таки не сдержалась и раздраженно напустилась на дочку:
– Почему ты не слушаешься?! Я же сказала, что нам с Диком нужно поговорить о делах! Пригласи Пупси, и займитесь чем-нибудь. Сделайте ириски или еще что-нибудь сладкое...
Кэрол откинула за спину свои роскошные медные кудри.
– Мама! – возмущенно сказала она. – Я уже давно переросла эти занятия!
– Как жаль! – Дик удрученно покачал головой. – Я страшно люблю ириски. Я не ел домашних ирисок с тех пор... дай подумать... с тех пор, как был в твоем возрасте, Кэрол.