– Один из близнецов и был дьяволом, – согласился Эдуард, – а другой ангелом.
Всем вдруг надоела эта загадка, и они дружно удалились, как это повелось у них, чтобы продолжить свои игры.
– Ради Бога, умоляю! – воскликнул Дарт. – Это просто нечестно.
Я никак не мог унять смех.
– Ну правда, что сделал пилигрим?
– Догадайтесь.
– Вы такой же фрукт, как ваши дети.
Мы с Дартом вернулись к его машине. Он положил костыли на заднее сиденье, спросив при этом:
– Кит здорово вас поранил, да?
– Нет, это взрыв. На меня упали части крыши.
– Упали на вас? Да, я слышал.
– От лопаток и ниже все содрано. Могло быть хуже, – заметил я.
– Вполне, – он завел машину и поехал по внутренней частной дороге.
– Ну а все-таки, что сделал пилигрим?
Я улыбнулся.
– Какую бы дорогу ни назвал близнец, любой из них, он пошел бы по другой. И тот, и другой из близнецов указали бы дорогу к смерти.
Он ненадолго задумался:
– Как это?
– Если пилигрим спросил бы правдивого близнеца, по какой дороге его брат послал бы его к жизни, правдивый близнец, зная, что его брат солжет, показал бы дорогу к смерти.
– Совсем запутался. Я снова повторил.
– И, – сказал я, – если бы пилигрим спросил У лживого близнеца, по какой дороге его брат послал бы его к жизни, то, зная, что брат скажет правду, лживый близнец солгал бы о том, что сказал бы брат. Так что лживый близнец тоже показал бы дорогу к смерти.
Дарт погрузился в молчание. Потом вдруг спросил:
– А ваши ребята понимают эту загадку?
– Да. Они даже разыгрывали ее.
– Они когда-нибудь ссорятся?
– Конечно, ссорятся. Но они столько раз переезжали с места на место, что не успевали подружиться с кем-нибудь посторонним. Они держатся друг друга. – Я вздохнул. – Скоро они уже вырастут, и все это кончится. Кристофер и так уже слишком большой для большей части их игр.
– Жаль.
– Жизнь не стоит на месте.
Дарт мягко притормозил у импровизированной автостоянки перед конторой Роджера. Я как бы невзначай спросил:
– А вы и в самом деле приезжали сюда вчера утром в этой машине, как утверждает Гарольд Квест?