– Мы установили некоторые несоответствия... Сэр Айвэн – председатель правления и шеф дирекции, а также крупнейший акционер... Было бы неэтично с моей стороны говорить с вами, а не с ним лично. – М-м-м... – сказал я. – Понимаю. Может, вам лучше написать ему.
– Видите ли, это дело неотложное. Напомните ему, что незаконно для общества с ограниченной ответственностью торговать, когда оно несостоятельно, и я боюсь... Я в самом деле боюсь, что могут быть приняты немедленные меры, и тут необходимы полномочия, которыми обладает только сэр Айвэн.
– Хорошо, мистер Толлрайт, подождите, пока я объясню ему это.
– В чем дело? – с беспокойством спросила мать. Айвэн ни о чем не спрашивал, но выглядел вконец измученным.
Он все знал.
– Речь идет о документах, подписать которые можете только вы, – сказал я ему.
Айвэн замотал головой.
– Может ли какая-нибудь из ваших неотложных мер подождать день-другой? – снова обратился я к Толлрайту.
– Я должен обсудить это с сэром Айвэном. Но возможно, что да.
– Что, если он даст мне право действовать от его имени в этом деле? Обмана не получится?
Толлрайт помедлил с ответом. Мое предложение могло быть вполне правомерным, но ему оно не понравилось.
– Мистер Айвэн находится пока еще на ранней стадии выздоровления, – сказал я Толлрайту.
Я не мог прямо сказать ему в присутствии Айвэна, что слишком сильное волнение может оказаться губительно, но, кажется, мозги мистера Тобиаса зашевелились быстрее. Уже без прежних возражений он пожелал узнать, как скоро можно увидеться со мной. – Может, завтра? – предложил я.
– Сегодня во второй половине дня, – решительным тоном выдвинул он встречное предложение. – Приходите в наш главный офис в Рединге. – Он назвал мне адрес. – Дело очень срочное.
– Архисрочное?
Толлрайт откашлялся и повторил это слово так, словно раньше никогда не произносил его:
– Вот именно... ультра.
– Прошу вас, подождите немного, хорошо? – Я опустил трубку и заговорил со своим отчимом, которого тяготила моя беседа с Толлраитом и необходимость выслушивать и – тем более – что-то отвечать мне. – Я могу подписать необходимые бумаги, если вы предоставите мне соответствующие полномочия. Это действительно то, чего вы хотите? Я имел в виду, что вы должны будете доверить мне очень многое.
– Я доверяю тебе, – устало сказал Айвэн.
– Но это должно быть... полное доверие. Он лишь всплеснул в ответ руками.
– Мистер Толлрайт, – сказал я в трубку телефона, – я постараюсь увидеться с вами как можно быстрее.
– Хорошо.
Положив телефонную трубку, я сказал Айвэну, что такое доверие неблагоразумно. Он слабо улыбнулся:
– Твой дядя Роберт говорил мне, что тебе я могу доверить свою жизнь.
– Вы уже более или менее сделали это. – Я решил одним выстрелом убить двух зайцев. – Когда он сказал вам это?
– Несколько дней назад. Он сам скажет тебе то же самое. А кто еще слышал слова дяди Роберта? «Александр умеет прятать...» Черт побери!
– Айвэн, – сказал я, – надо, чтобы документ о предоставлении мне прав доверенного лица был подписан и заверен в присутствии адвоката.
– Позвони Оливеру Грантчестеру. Я поговорю с ним.
Он, однако, не был вполне откровенен со своим адвокатом. Сказал ему только, что хотел бы составить документ о предоставлении прав доверенному лицу, но не сказал, с какой целью. Хотя, подчеркнул Айвэн, дело это крайне срочное, а он до сих пор чувствует себя плохо, и спросил, не будет ли Оливер столь любезен и не приедет ли к нему домой, чтобы сразу все уладить.
Оливер Грантчестер, кажется, легко согласился немедленно выполнить эту просьбу, но уныние Айвэна тем не менее усилилось. С чего бы это, думал я, столь хорошо известный пивоваренный завод, как «Кинг Альфред», попал в трудное финансовое положение? Но лишних вопросов Айвэну я не задавал.