– Не в этот же банк, – возразил я.
И встретил Пэтси на автостоянке, как мы и условились.
– Хэлло, – приветствовал я ее.
– Александр...
Она казалась неуверенной в себе, смущенной. Такой я еще никогда ее не видел.
В блузке и жакете, длинной юбке и туфлях на низком каблуке, Пэтси, однако, выглядела весьма привлекательно.
Я объяснил ей, что она должна пойти со мной в банк и выслушать, какие трудности возникли при попытке отыскать украденные миллионы «Кинг Альфред'с Бревери».
Двенадцать лет Пэтси мучилась страхами, что я только и делаю, что придумываю, как бы это похитрее обобрать ее, однако, глядя на нее, я бы не сказал, что она очень уж волнуется оттого, что поиски денег могут остаться безуспешными.
– Уверяю вас, они делают все возможное, чтобы найти ваши деньги, – сказал я Пэтси.
– Деньги моего отца, – возразила Пэтси. – Все, что ты сделал, – это ведь ради него, правда?
– Думаю, да.
– Ты никогда не сделал бы этого для меня.
– Этот завод был его жизнью, – сказал я. – Айвэн создал его и гордился им. Жестокое предательство, на которое пошел Норман Кворн, сломило Айвэна, больше того, оно убило его. Ради Айвэна и матери я и пытался сделать все, что мог, лишь бы спасти положение завода, спасти Айвэна. Мне это не удалось, но я хочу, чтобы люди в банке сказали тебе, что я не собираюсь обокрасть тебя. Я хочу восстановить то, что создал Айвэн.
– Александр...
– В четверг я поверил тебе, – сказал я, – поверил в твою искренность. Надеюсь, ты и сама не представляла себе, во что вовлекаешь меня. Ты пыталась остановить эту маленькую забаву с мангалом, ты помогла мне. Ну да ладно, – закончил я, стараясь не стать слишком многословным под влиянием минуты. – Ты пойдешь в банк?
Пэтси молча кивнула и пошла со мной в комнату для конфиденциальных совещаний, где ее природное очарование сразу же покорило финансиста, который никогда раньше не встречался с ней. Ах, как он засуетился, предлагая ей занять место за столом и выпить чашечку кофе, а она мило улыбалась ему. Умения мило улыбаться Пэтси было не занимать.
Мы все расположились за столом, и финансист – сама любезность – предупредительно разложив на столе бумаги, объяснил Пэтси, какие меры были приняты, чтобы спасти пивоваренный завод, и рассказал о предпринятой попытке найти исчезнувшие миллионы, используя список, составленный Норманом Кворном.
– Ах, вот что это за список, – тихо сказала Пэтси. – Там что-то важное?
– Не показывайте его миссис Бенчмарк, – резко произнес Тобиас.
– Почему? – спросил финансист.
– Вы знаете, чего стоило доставить его сюда. Ал может сколько угодно, сидя за этим столом, делать вид, что ему все нипочем, но большую часть времени он был близок к обмороку...
– Нет, – возразил я Тобиасу, – вовсе нет.
– Не надо притворяться. Да и еще раз да. – Тобиас указал в мою сторону своей зубочисткой. – Готов держать пари, что не кто иной, как Оливер Грантчестер надоумил миссис Бенчмарк предложить Алу перемирие и заманить его в этот злополучный сад. И пусть в данный момент Грантчестер находится в тюрьме, но рано или поздно он выйдет оттуда, а он, вероятно, знает, как пользоваться этим списком, который мы никак не можем расшифровать. И, может быть, Грантчестер уже объяснил миссис Бенчмарк, что ей следует высмотреть в этом списке, поэтому показывать ей список ни в коем случае нельзя.
Настало гнетущее молчание. Пэтси медленно встала.
– Оливер Грантчестер обманул меня, – сказала она. – Вы правы. Нелегко признаваться в этом. – Ей трудно было говорить. – Я ничего не знала об этом списке, пока Оливер не спросил о нем Александра. Можете не показывать его мне. Я не хочу его видеть. – Пэтси посмотрела мне в глаза. – Мне очень жаль. Прости меня.
Я тоже встал. Наклоном головы Пэтси простилась с присутствующими и вышла.
В конце этого дня, не давшего никаких результатов, кроме полного разочарования, я вернулся в Лондон, где в доме на Чесхэм-плэйс меня принял дядя Роберт. В беседе за кружкой пива я рассказал Самому о том, как три умных головы в течение двух полных рабочих дней пытались расшифровать список банковских счетов Нормана Кворна и потерпели неудачу.
– Ничего, может, завтра им повезет, – ободряюще сказал дядя Роберт.
– Нет. Они отказались продолжать эти бесполезные поиски. У них ведь есть и другие важные дела.
– Не расстраивайся, Ал. Ты сделал все, что мог. Я сидел, наклонясь вперед и опершись локтями