Возможно, костюм этот и был последним писком моды, но о самой комнате я такого сказать не мог. Стулья не принимали форму тела, стояли на полу, вместо того чтобы парить над ним, лампы светили с потолка, а не плавали над правым плечом. С другой стороны, комната принадлежала ему, так что интерьер определял он и никто другой.
— Ставлю-Планету О’Грейди, — улыбнулся он. — Вы и представить себе не можете, как мне не терпелось познакомиться с вами. Иногда мне уже начинало казаться, что мы никогда не встретимся.
— Я всегда полагал, что рано или поздно этого не избежать. — Я подошел к нему, пожал руку. — А потом получил ваше теплое приглашение. И решил не тянуть с приездом.
— Ваше присутствие — большая честь для моего скромного заведения. Я надеюсь, что вы согласитесь сыграть со мной.
— Для того я и прилетел.
— Великолепно! Некоторые из местных знаменитостей выразили желание стать свидетелями нашего соперничества. Вы не будете возражать, если…
— Приводите их, — прервал я его. — Я обожаю играть при зрителях.
— Вы не только игрок, но и джентльмен, — просиял Эдди Высокие Ставки. — Я действительно рад, что вы согласились приехать.
Он провел рукой над лежащим на столе кубиком, другая дверь растворилась в воздухе, в комнату вошли несколько мужчин и женщин. Эдди незамедлительно их представил: мэр, генерал, губернатор планеты… Я хорошо запомнил высокую толстуху — местную оперную приму.
Они заняли свои места, и Эдди предупредил: после начала игры никто не должен произносить ни слова. Нарушителю надлежало тут же уйти.
Женщина, которую в этот вечер звали Королева Бубен, принесла дюжину нераспечатанных карточных колод, полдюжины комплектов новеньких игральных костей и дала какие-то указания коренастому молодому человеку, который стоял у рулеточного колеса.
— Что выбираете, Ставлю-Планету О’Грейди? — спросил Эдди Высокие Ставки.
— Я всегда отдавал предпочтение покеру, — признал я.
— Покер так покер, — кивнул он. — Сыграем в настоящие карты? Я терпеть не могу компьютеров.
— Нет возражений.
Он бросил мне колоду, подождал, пока я открою ее. Я проверил карты, убедился, что они не меченые.
— По-моему, чистая колода, — объявил я. — Начнем?
— Во что играем?
— Пятикарточный покер.
— Ставка? — осведомился он.
— Какая вам угодно.
— Как насчет миллиона кредиток? Поднимать можно на пять миллионов минимум. Предела нет.
Шесть наших зрителей одновременно ахнули.
— Согласен. — Я выдержал паузу. — Надеюсь, с кредитом у меня проблем нет?
— До двадцати миллиардов, — ответил он. — Потом потребуется залог.
— Это справедливо, — кивнул я. — Подснимете?
Он сдвинул верхнюю треть колоды, и игра началась.
Я выиграл первую сдачу на парах валетов и шестерок, он — вторую, тремя королями, потом я выиграл четыре подряд, один раз — полной мастью, три — какой-то ерундой, оказавшейся выше его ерунды. Когда осела пыль, я стал богаче на двести миллионов кредиток.
— Вы действительно мастер. — Эдди Высокие Ставки отпил из своего стакана. — Продолжим?
— Ваша сдача.