И он нацелил пистолет на мою руку.
— Одну минуту!
— Что такое? — В его голосе слышалось разочарование. — Ты отрекаешься от своего Бога еще до первого выстрела?
— Нет, — ответил я, — но разве ты не подождешь, пока принесут голокамеры?
— Нет. — Он покачал головой. — Гражданскому населению моей планеты неинтересно наблюдать невероятно жестокий и болезненный процесс расчленения. Их интересует только результат — твое согласие служить нашему Богу.
Он вновь прицелился.
— Ты кое-что забываешь! — в отчаянии воскликнул я.
— Что? — Он проверил пистолет. — Я забыл снять его с предохранителя?
— Ты забываешь, что я не говорю на твоем языке, поэтому, даже если я отрекусь от своего Бога, чего я никогда не сделаю, твой народ все равно меня не поймет.
— Мы переведем твои слова. А теперь, если пока тебе больше нечего сказать…
Я пытался найти какой-нибудь способ оттянуть неизбежное, когда он отстрелил мне левую кисть.
— Теперь у тебя появилось, что сказать?
— Да, — ответил я. — Чертовски больно.
— Это все?
— Нет.
— Продолжай.
— Может, кто-нибудь перевяжет мне руку?
— Мужества тебе не занимать, Билли Карма, нельзя этого не признать. — Он прицелился и отстрелил мне правую кисть.
— Сукин сын, больно же! — проревел я.
— Ты готов поклясться в верности нашему Богу?
— Продолжай стрелять, гребаный мерзавец!
Он продолжал, и я остался без обеих стоп.
— Господи, — взмолился я, — прости их, ибо не ведают они, что творят. — А потом добавил: — Но сначала заставь их немножко пострадать.
— Ты действительно веришь в то, что говоришь? — спросил командир.
— Можешь не сомневаться.
— Любое божество, которому так преданы, достойно уважения, — сказал он. — Расскажи мне о своем Боге.
— Я бы с удовольствием, — ответил я, — но кровь вытекает быстро и, боюсь, я потеряю сознание, не успев дойти до самого интересного.
Он согласился, кликнул врачей, и пока они перевязывали мне раны, я рассказывал им о Боге, и Святой Дух в тот момент действительно пребывал во мне, потому что еще до того, как они закончили меня штопать, я обратил в свою веру командира, солдат и всю медицинскую бригаду.
Я оставался на планете, пока все пришельцы не поверили в нашего Бога, после чего решил, что внес свою лепту в победу, на короткое время завернул в госпиталь, где мне сделали протезы кистей и стоп, и вернулся в «Аванпост».
* * *