— И куда летим?
— Туда, где идут боевые действия.
— Ой! Разве я тебе не сказал? Война уже закончилась.
«АВАНПОСТ» И ПРИШЕЛЬЦЫ
Я вновь начал подметать пол.
— За последний час ты подметаешь пол в пятый раз, — заметил Вилли Бард. — Насколько чище должно стать это заведение, чтобы ты угомонился?
— Просто я нервничаю, — признал я. — Они воюют, а мы вынуждены сидеть здесь.
Бард глянул в окно.
— Э… не хочется, конечно, приносить дурную весть, но война не так далеко, как ты думаешь.
— Что случилось? — спросил я.
— Только что приземлился корабль. — Он по-прежнему смотрел в окно. — Таких я еще не видел.
— Черт! — воскликнул я. — Нам придется защищать «Аванпост»!
— Нам? — повторил Бард. — Я — историк. Никогда не держал в руках оружие.
— Я не смогу справиться с ними в одиночку, — указал я. — Эйнштейн слеп, глух и нем. Остаешься только ты.
— Пусть тебе поможет Регги.
— Он — робот. Робот не может причинить вред разумному существу или своим бездействием допустить, чтобы оному был причинен вред.
— Большей глупости мне слышать не доводилось, — пробурчал Бард.
И тут Регги подал голос:
— Наоборот, у меня нет ни моральных, ни этических ограничений, которые не позволят мне причинить вред врагам человечества.
— Нет?
— Никаких.
— Хорошо. Тогда хватай оружие и…
— Но я умею только смешивать напитки. Я ничего не знаю, ни об оружии, ни о тактике ведения боя. Однако четырнадцать часов перепрограммирования позволят мне…
— Не думаю, что у нас есть столько времени.
— Нет, — подтвердил Бард. — Они уже выходят из корабля. Семнадцать… нет, восемнадцать.
— Понятно, — кивнул я, — обычным оружием мне с ними не справиться. Надо воспользоваться чем-то особенным.
Я нагнулся и достал из-под стойки молекулярный деформатор.
— Не знал, что у тебя есть деформатор, — удивился Бард.
— Не было повода воспользоваться им.
— Вид у него впечатляющий. И каков принцип действия его энергетической батареи?