Пибоди с видом оскорбленного достоинства извлекла из пакета аккуратно упакованный сандвич и передала Еве.
— Тут еще питье, пакет соевых чипсов, пакет кураги…
— А курага, видимо, на случай, если подтвердятся слухи о наступающем конце света?
Лицо Пибоди помрачнело, губы обиженно выпятились.
— Я голодна, а у вас такой настрой, что еще неизвестно, когда мне в следующий раз перепадет что-нибудь пожевать. Может, я с голоду околею и превращусь в мешок костей, так и не увидев ни крошки съестного! — Пибоди демонстративно развернула свой бутерброд. — А вы можете не есть, если не хотите. Никто вас под дулом пистолета не заставляет.
Увидев, что Ева ведет машину одной рукой, а в другой держит бутерброд, Пибоди слегка смягчилась, оторвала крышечку А банки пепси и вставила ее в специальное гнездо на приборном щитке. К тому времени, как Ева добралась до небоскреба «Утюг», ее напарница успела прожевать свою субмарину и почти расправилась с чипсами. В результате настроение у нее поднялось, она вновь была полна энергии.
— Это мой любимый небоскреб, — заявила Пибоди. — Когда я переехала в Нью-Йорк, специально взяла выходной и поехала фотографировать места, о которых раньше только читала. И «Утюг» был у меня одним из первых в списке. Понимаете, он такой вчерашний! И вот, полюбуйтесь, все еще стоит. Наверное, самый старый из оставшихся в городе небоскребов.
Ева этого не знала. Но она особенно и не интересовалась подобными вещами. Просто рассеянно любовалась уникальным зданием треугольной формы, когда проезжала мимо. Для нее здания оставались всего лишь зданиями. Куда важнее были люди, которые в них жили или работали.
Чтобы не парковаться на Бродвее, она свернула на Двадцать третью улицу, втиснула свою полицейскую машину в погрузочную зону гаражной стоянки, водрузила на крышу знак «На дежурстве» и вылезла из машины.
— Биссел арендовал помещение на последнем этаже.
— Господи, да это же стоит целую кучу денег! Ева кивнула, и они направились ко входу.
— Я просмотрела финансовую информацию о нем. Он мог себе это позволить. Похоже, этот его металлолом пользовался повышенным спросом. И еще он держал галерею, покупал и продавал предметы искусства. Рива говорит, что Фелисити Кейд была его клиенткой. Кстати, именно она уговорила Риву прийти на вернисаж, где та впервые встретилась с Бисселом.
— Надо же, какая тесная связь!
Ева бросила на Пибоди одобрительный взгляд.
— Вот именно. Мне тоже кажется, что все как-то слишком уж плотно утрамбовано. И как ты думаешь, зачем Фелисити свела Риву со своим любовником?
— Ну, может, они тогда еще не были любовниками? А может, она не думала, что у них все так далеко зайдет.
— Может быть.
Ева подошла к лифту, идущему на последний этаж, и воспользовалась кодом, который дала ей Рива. Но вместо того, чтобы открыть двери лифта, компьютер выдал предупреждающий звонок.
— Может, она дала вам не тот код? — предположила Пибоди.
— Я так не думаю.
Нахмурившись, Ева подошла к главному посту охраны.
— Кто в последний раз пользовался этим лифтом?
Чопорная молодая женщина в черной форме надменно вздернула брови.
— Прошу прощения?..
— Не трудитесь, — сказала ей Ева и шлепнула на конторку свой жетон. — Просто ответьте на вопрос.
Женщина фыркнула и взялась за электронный журнал регистрации.
— В последний раз лифтом пользовался сам мистер Биссел. Двери этого лифта выходят прямо в его студию. Служащие и клиенты пользуются тем лифтом, что справа. Он выходит в галерею.
— У вас есть код лифта, ведущего в студию?
— Разумеется. Мы требуем, чтобы все съемщики регистрировали у нас свои охранные коды.
— И каков этот код?