— Она уже зажила.
— Неужто? — Лейла намочила и намылила полотенце. — Поэтому она начала кровоточить после того, как ты снял жилет? А сейчас сбрось футболку, или я принесу ножницы.
Кор заворчал, но, по крайней мере, выполнил ее просьбу… а потом зашипел, когда она нежно потерла полосу обожженной и разорванной плоти. Она очистила рану, и стало очевидно, что пуля всего лишь зацепила кожу, прошла по касательной по той части жилета, что не укрывала его тело, может, потому что в это мгновение он бежал или находился в прыжке. Потом жилет принял нужное положение и закрыл рану, которая засохла ровно до того момента, пока не пришла пора снимать защиту.
Ну, по крайней мере, к такому заключению пришла она.
— Так что произошло? — спросила Лейла, сполоснув и отжав полотенце, смывая мыло. — Ну?
Оторвавшись от своей работы, она посмотрела на окаменевший подбородок Кора и стиснутые зубы. Он также скрестил руки на груди, всем своим видом выражая неодобрение.
— Ты нашел своих воинов? — спросила она.
— Нет, — выдавил он. — Не нашел.
Ну, по крайней мере, стрелял не кто-то из них, обозленных его клятвой Королю.
— Это были лессеры?
Спустя долгую паузу, когда она уже решила, что придется вытягивать из него объяснения клещами, Кор с неохотой кивнул.
Лейла закрыла глаза.
— Я ненавижу эту войну. Всем сердцем.
Дражайшая Дева… э-э, Дражайший-Уж-Точно-Не-Девственный-Лэсситер, ей была ненавистна любая мысль о том, что могло произойти среди бури. Если бы его ранили в другое место, например, в голову…
— Я в порядке, — сказал он нежно.
Сосредотачиваясь на нем, Лейла поняла, что он опустил руки и сейчас смотрел на нее с нежностью во взгляде.
— Не плачь, любовь моя.
— Я плачу? — прошептала она.
— Да. — Он бережно провел по ее щекам большими пальцами. — Никогда не плачь из-за меня.
Кор заставил ее выпрямиться и подойти вплотную к нему.
— К тому же, я в добром здравии. Убедись сама.
С этими словами он пленил ее долгим и медленным поцелуем, его губы дразнили и захватывали, язык ласкал ее, и вскоре Лейла растаяла, все мысли об уходе за его раной покинули ее голову. Без сомнений, на это он и рассчитывал… и она могла лишь уступить перед ним.
— Ты — мастер отвлечения, — прошептала она.
— Что?
Покачав головой, она снова подалась к нему всем телом… а потом выругалась, когда Кор отодвинулся от нее и отступил. Она воспротивилась, но он лишь вопросительно выгнул бровь.
— Я позволил позаботиться о себе. А сейчас я позабочусь о тебе.
Взяв ее за руку, он повел Лейлу к лестнице. Когда они проходили мимо кровати, она пробормотала:
— Ты осознаешь, что здесь есть матрас. Ну, вот же он.
— И он дождется, когда я накормлю тебя, моя женщина.
Глава 47