Парни без лишних слов удалились. Келли подошел ко мне совсем близко и наклонился. Я услышал глухой лязг железа — этот подонок что-то делал, но я не видел что.
— Ну, прощай, — он заглянул мне в лицо и улыбнулся. По моему телу пробежала волна холодного воздуха. Когда Келли занес надо мной ногу, я уже понял, что меня ждет: я лежал возле открытого люка в дренажный тоннель, проложенный под Тетисом!
Когда Келли пихнул меня ногой, я судорожно дернулся и почувствовал, что веревка на моем левом запястье оборвалась. Жаль, что это произошло слишком поздно! От резкого толчка в бок я покатился к краю люка. Мне удалось уцепиться за скользкий металлический край, но сил одной затекшей руки оказалось слишком мало.
Я упал в поток ледяной воды и на мгновение потерял сознание. Только на большой глубине я пришел в себя и стал предпринимать отчаянные усилия, чтобы всплыть наверх.
Я изо всех сил греб одной рукой и сумел подняться на поверхность. Каким-то образом мне удавалось не уходить под воду. Задыхаясь, кашляя, жадно хватая ртом холодный воздух, я плыл в огромной стальной трубе — беспомощный, как медуза, подхваченная прибоем.
Я почти капитулировал. Почти — что-то все же не давало мне сдаться. Наверное, голос инструктора из академии: «Паника — ваш злейший враг». А может быть, это был голос моей судьбы. Так или иначе, я продолжал барахтаться, хотя даже при успешном исходе этой схватки с судьбой моя жизнь продлевалась только до встречи с мощными насосами.
Вот-вот я должен был попасть в насосный зал, где двигающиеся в бешеном ритме поршни под колоссальным давлением выталкивают наружу сточную воду; я понимал, что там у меня не останется ни малейшего шанса на спасение.
И все-таки я продолжал бороться. Неожиданно я увидел свет. Он лился издалека, через дымку соленой воды. Я поморгал и посмотрел снова в ту сторону — свет приблизился. Он тускло мерцал, освещая что-то вроде козырька над клокочущим потоком.
Это был переносной тройоновый фонарь. Рядом с ним стоял человек и вглядывался в воду.
Я попытался закричать, но из моего рта вылетело только невнятное шипение. Я сомневаюсь в том, что человек мог услышать этот звук. Скорее всего, его взгляд случайно выхватил меня из темноты. Он что-то крикнул в ответ, а я набрал в легкие воздуха и ответил… прерывистым кашлем.
Человек отреагировал с быстротой молнии. В ту секунду, когда он увидел меня, я оказался под выступом — еще момент, и меня бы пронесло мимо. Но он успел опустить в воду что-то вроде длинного багра.
Мое плечо пронзила резкая боль. Я почувствовал, как крюк багра рвет кожу у меня на плече и на спине. Материя моей куртки рвалась, цеплялась за крюк, снова рвалась…
И все-таки она выдержала.
Человек вытащил меня на козырек и помог подняться на ноги. Я в изнеможении прислонился к стене.
— Слушай, парень, — сказал он, и в его голосе прозвучала усмешка, — я вижу, тебе чертовски хотелось поплавать!
13
ОТШЕЛЬНИК ИЗ «ЦАРСТВА КЕЛЛИ»
— Спасибо, — сказал я.
За то, что он спас мою жизнь, за то, что рисковал своей (ведь он мог сам поскользнуться и упасть в воду), я отблагодарил его всего лишь одним коротким словом.
— Какие вопросы! — небрежно махнул рукой мой спаситель.
Пока я переводил дух, он не сводил с меня глаз. Я отвечал ему тем же. Передо мной был высокий крепкий негр с открытым приветливым лицом. Заметив на мне веревки, он покачал головой.
— Хм-м… Выходит, ты плавал не ради собственного удовольствия.
Запустив руку в карман своих штанов, он достал оттуда складной нож.
Боль, пронзившую мои пальцы на руках и ногах после того, как веревки лопнули, трудно описать словами. Но хотите верьте, хотите нет, а я испытывал от нее радость. Наконец-то я начинал верить в то, что спасен!
— Спасибо, — с трудом шевеля губами, повторил я. — Я постараюсь не остаться в долгу.
— Можешь особенно не стараться, приятель, — с усмешкой сказал негр. — Меня такие должники не очень волнуют. Давай-ка мне руку — и вперед!
С его помощью я прошел несколько метров по нависающему над водой карнизу — туда, где лежал тройоновый фонарь. Это была всего-навсего небольшая трубка, мерцавшая так слабо, словно в ней вот-вот кончится люминесцентный газ. Но я был счастлив и такому мерцанию. Мои глаза привыкли к слабому свету, и я стал оглядываться по сторонам.
Рядом с карнизом виднелось продолговатое углубление в стене — достаточно глубокое и широкое для того, чтобы там мог поместиться лежащий человек. Дно ниши было устлано упаковочным картоном, на нем лежало несколько старых одеял.
— Добро пожаловать в мой дом, — сказал негр. — Зовут меня Гидеон Парк. Обстановка здесь не слишком шикарная, но ты можешь располагаться как хочешь.
— Честно говоря, мистер Парк, я рад и этому, — совершенно не кривя душой, признался я.
— Понимаю, — улыбнулся он. — Только зови меня просто Гидеон, мне так больше нравится. Я сам выбрал себе такое имя. Родители окрестили меня Уолтером, но, мне сдается, у них просто не хватило хороших имен — в семье-то кроме меня уже было десять детей… Скажи — если, конечно, тебя не раздражает стариковское любопытство — кто это накрутил на тебя столько веревок?