F20: читать начало книги онлайн

— Я хочу этого, — сказала я.

— Ты все-таки больная, — Анютик грустно вздохнула, — я не понимаю, как можно хотеть, чтобы какой-то поляк засунул в тебя свой член…

— Идиотка, — я отбросила одеяло и вылезла из кровати, — ты ничего не понимаешь. Вообще ничего. И если ты хоть слово скажешь маме, я никогда с тобой больше не буду разговаривать.

В три часа я звонила в дверь Марека. Он открыл. Я сняла ботинки, он взял мою куртку и повесил в шкаф. Квартира у них была больше, чем у нас, и гораздо чище. Это, пожалуй, все, что можно было о ней сказать. Белые стены, двери из цельного массива дуба, в гостиной на стене — абстракции, в спальне — пейзаж. Все вместе выглядело, как номер в отеле, создавало иллюзию обитаемости, чтобы приходящий туда не чувствовал себя совсем потерянным.

Мы сидели в комнате Марека, с ногами на кровати, и пили шампанское из бутылки.

Марек отнял у меня бутылку и поставил на пол. Мы целовались, хохотали, падали с кровати, потом снова туда залезали. Он стащил с меня джинсы и засунул руку мне в трусы. Его пальцы трогали меня изнутри, я лежала, затихнув, в каком-то счастливом оцепенении.

— Я спал с девушками, — сказал Марек, — я вызывал проституток. Что ты думаешь об этом?

— Ничего, — я не поняла, зачем он мне об этом рассказывает.

Может, он хочет быть со мной честным? Или он подозревает, что я боюсь его неопытности, позволила стащить с себя джинсы, а теперь думаю — вдруг Марек не знает, что делать дальше? В любом случае, это было что-то новое. Наверняка и у Костика до меня были бабы, но ему даже в голову не приходило меня об этом предупредить.

В расстегнутых джинсах Марек встал с кровати, подошел к столу и взял из ящика презерватив. Упал потревоженный карандаш и закатился под батарею. Когда Марек повернулся спиной, я увидела на его пояснице коричневые, уходящие в джинсы шрамы.

— Ты видишь, да? — спросил он, не оборачиваясь.

— Да, — ответила я, — что это?

— У меня был сломан позвоночник. В детстве. Поэтому родители и уехали в Россию. Тут хорошие врачи, они меня вылечили.

Мы спали долго, тягуче, целуясь. Костик просто вставлял в меня член и дергался, чтобы через пару минут из члена вылилась сперма. Марек двигался медленно, я двигалась ему навстречу, приподнимая бедра. Он целовал меня в губы, лизал мою шею, его язык оставлял влажные, как будто прошла улитка, следы на моих ключицах, он брал в руки мои груди и кусал соски. Я была такой живой с ним, происходящее казалось настолько осмысленным, настолько важным, что, когда он кончил, я разрыдалась. Марек испугался. Он сжал ладонями мое лицо и спрашивал:

— Что? Я что-то сделал не так?

— Нет, — я схватилась за него, словно тонула, — все было прекрасно. Просто мне очень жаль. Что ты не был у меня первым.

— А кто был первым? — спросил он, перегнувшись через меня, чтобы взять сигарету.

— Один дебил, — ответила я.

— Зачем ты спала с ним?

Этот вопрос поставил меня в тупик. Действительно, зачем? Какая в этом была необходимость?

— Потому что… — я с трудом подбирала слова, как будто это я была иностранка, а не он. — Потому что, пока я не встретила тебя… я думала, что все бессмысленно.

В кармане моих джинсов запел телефон. Марек свесился с кровати и подал мне джинсы.

— Все в порядке? — поинтересовалась мама.

— Да, — сказала я.

— А что вы делаете? — было слышно, как мама передвигает на плите кастрюли.

— Сидим, болтаем, — я знаком показала Мареку, чтобы он дал мне бутылку с шампанским.

— Ну, хорошо. Надеюсь, вы не пьете, — сказала мама.

— Нет. Пока, — я нажала на отбой.

Мы допили шампанское и еще раз переспали. Он посадил меня на себя, сначала я просто приподнималась над ним и опускалась, потом мне захотелось откинуться назад. Марек шумно дышал и дергал меня за свисавшие вдоль спины волосы. Перед тем как кончить, он схватил меня за волосы очень больно, мне пришлось наклонить голову.

Потом я легла на него и спросила, как по-польски будет «абсолютно».